Вы понимаете, о чем я говорю?
— Да. У него есть дочь.
— Это уже кое-что. — В голосе Беспалого послышался интерес. — Где она живет?
— Ее местонахождение Варяг держит в глубокой тайне. Пока ничего сказать не могу.
Тимофей открыл портфель. Он был старомодный, из темно-желтой потертой кожи. Именно такие портфели прежде носили с собой ответственные работники, наверняка его нутро помнило немало важных бумаг.
Удобство портфеля заключалось в том, что он имел огромное количество отсеков, в которых всегда, даже при полнейшей укомплектованности, оставалось место для ствола.
«Браунинг» лежал в середине, спрятанный между двумя листами плотной бумаги. Всегда полезно иметь при себе пару стволов. Жизнь так сложна и непредсказуема.
Взглянув на соседа, Беспалый добродушно улыбнулся, сунул руку в портфель. Пальцы уверенно легли на рукоять «браунинга». Отдыхай спокойно, друг, сейчас твоя помощь не нужна. Отыщется еще для тебя работенка.
Рядом с пистолетом лежала пачка долларов. Вытащив ее, он небрежно, держа двумя пальцами за краешек, положил деньги на скамейку.
— Здесь тебе за прошлые труды… И небольшой аванс на будущее. Я должен знать, где находится девочка.
Молодой человек охотно кивнул:
— Договорились.
Но вот деньги брать не спешил. Помедлив, он вяло потянулся за пачкой долларов, как если бы совершал несказанное одолжение, забирая их. А вот глазки-то выдали с головой — блеснули алчным огнем, в котором отчетливо просматривались и развеселые кабаки, и грудастые девки.
Деньги были взяты, и теперь Беспалый с полным правом мог задавать следующий вопрос:
— Когда я получу информацию?
Парень убрал деньги в карман.
Лицо умиротворенное, спокойное, как будто бы он выполнил очень важную и нужную работу.
— Обещаю разузнать в течение недели… Сами понимаете, не все зависит от меня. А потом нужно действовать поосторожнее.
Беспалый кивнул:
— Хорошо, я на тебя рассчитываю. — Тимофей Егорович поднялся, заканчивая разговор: — Не попадайся! Ты живешь на старом месте?
Скорее это был не вопрос, а утверждение.
Беспалый с удовлетворением отметил про себя, что уголки губ парня слегка опустились. Переваривай, шельмец! Вот так и портится человеку настроение. Еще минуту назад тот видел себя в зале ресторана, ощущая душевный комфорт, и вот сейчас все так неожиданно поменялось.
Уже пару месяцев он проживал в Казанском переулке у своей старой любовницы, скрывая ото всех свой надежный кров, во всяком случае, так ему казалось до этой минуты.
