Старик, видно, почувствовав преследование, повернулся в тот самый момент, когда Беспалый находился на расстоянии вытянутой руки от него.
— Стоять! — произнес он, оскалившись.
Беспалый на мгновение застыл, догадавшись, что перед ним не пес, при малейшей опасности поджимающий хвост, а прежний опасный волчара. Правда, пооблинявший, поистрепавшийся в боях, подрастерявший половину зубов, но оттого не ставший менее опасным. У волка меняется только внешность, а свирепый характер остается до самой смерти.
Беспалый смотрел прямо в щербатый рот врага. Противник готов был отдать последние клыки, но не отступить.
— Только не в этой жизни, политрук, — негромко процедил Беспалый и ткнул Сомова заточкой. Ребра, раздвинувшись, пропустили хищное жало.
— Падла, ведь за бабу же мстишь, — простонал старик. — О-ох, — и, слабея, медленно стал оседать на землю.
— Тихо, тихо, не так сразу, — предупредил Беспалый, опуская убитого на землю.
Расстегнув пиджачок, он извлек из кармана паспорт, не удержавшись, открыл и, посмотрев место прописки, усмехнулся.
Сосед, стало быть. Где же ключи? Ага, вот и они, вытащил он небольшую связку.
Услышав за спиной тихий шорох, Тимофей Егорович улыбнулся. В трех метрах от него стояла пожилая женщина с ведром в руках и внимательно наблюдала за ним.
— Ну что же вы стоите?! — в отчаянии воскликнул Беспалый. — Вызывайте быстрее «Скорую»! Человеку плохо! Я пока ему искусственное дыхание сделаю.
— Да, да, я сейчас, — взволнованно закивала женщина, пятясь.
— Ведро-то хоть оставьте!
— Да-да…
— Ну что же вы стоите, быстрее! — в сердцах воскликнул Беспалый. — Каждая минута дорога.
Мусорное ведро, выскользнув из рук женщины, опрокинулось, и на землю, дребезжа, покатились бутылки. Смешно семеня, женщина заторопилась в сторону ближайшего дома. Беспалый не сумел сдержать вздоха облегчения. Разогнувшись, он бросил короткий взгляд вокруг. Никого, если не считать двух котов, что боками терлись друг о друга как раз у мусорных баков.
Усмехнувшись, усталой походкой старого человека Тимофей направился дворами в сторону многошумного проспекта."
"Сомов проживал на соседней улице, сплошь застроенной пятиэтажками казенного образца, невероятно похожими одна на другую. Единственное, что их отличало, так это номера. Тимофею нужен был дом номер девятнадцать. И уже через несколько минут он отыскал искомое здание. Судя по номеру квартиры, это был первый подъезд. Уже лучше.
