Да и то помогло, что за неделю до этого в кунгурском «котле» моя группа отличилась, и о нас во всех новостях трезвонили."
"— Подождите… — восторженно прошептала Зойка. — Неужели вы тот самый капитан Станов с позывным Чёрт⁈ Ваша группа, прикрывая местное население, две недели против вампирюг оборонялась, пока штурмовики не проломили защитный барьер и не пришли на помощь. Ничего себе!
— Был Чёрт, да весь вышел. Вместе с капитаном под ручку. Теперь я простой инструктор, прапорщик Станов. Делайте выводы.
— Сделал, — кивнул я.
— С женой в ресторан не ходить, чтобы другим завидно не было. Лучше в мужской компании надираться.
— И дуэльный кодекс соблюдать, — добавил Алан. — Я сам на нём погорел.
— Дураки, — уничижительно произнесла Светка Радостина. — Главный урок, что нельзя пить! Это первопричина всех несчастий с капитаном Становым.
— Ну-ну! — хмыкнула молчавшая до этого лейтенант. — Не пить… Посмотрю, как ты трезвой ходить будешь, когда столько времени в кромешном аду проведёшь.
Так что прав Горюнов. Всё дело в бабах.
— Извините, — осторожно поинтересовался Лёха. — Вы ведь тоже как бы женщина, но такое говорите.
— Что значит «как бы», Старостин⁈ Самая настоящая, поэтому в теме. Ох, сколько раз из-за меня дрались, а потом уже и со мной! Приятно вспомнить! Почему-то до сих пор многие считают, что женщина в форме только и мечтает о том, чтобы её трахнули. А потом обижаются, отбитые яйца в кулачке сжимая. Особенно армейские подкатывать любят. Для них уложить спасательницу — это как миллион рублей выиграть.
У нас же с ними вражда историческая.
— И как тогда вы намереваетесь нас обучать на их территории? — задала логичный вопрос Радостина.
— Ты не путай отдых и работу. Это мы на гражданке ерепенимся… Вроде как спорт уже такой. Но во время службы или, не дай бог, выполнения боевой задачи кто-то выёживаться начнёт, так тут же свои долбоносу ноги переломают. Всё нормально будет. Народ армейцы неплохой, но слишком цивильные. Бесит прямо!
— Согласен, Галь, — подтвердил прапорщик.
— Я вот даже не представляю, как в этом манерном заповеднике наших глистов гонять будем. Испортят нам курсантов.
— Как? Элементарно! Жестоко и до кровавых мозолей! Потом в жилеточку найдут кому поплакать.
— Не. Слёзы у них закончатся раньше. Учтите! — обвёл нас кровожадным взглядом Станов. — Мне за удачное завершение эксперимента восстановление в звание обещано. Так что мозоли будут не на коже, а на костях.
