А когда у одного из нас закончится контракт, то другая к этому времени будет уже старая и внуков нянчить, а не мечтать о красивом теле одного очень симпатичного барона.
— Ну ты и скотина! — неожиданно рассмеялась она. — По штанам же вижу, что тебе понравилось. Вон как топорщатся! Но держишься молодцом.
— Ей тоже очень понравилось, — заговорщицки сказал мне Чах. — Я во время вашего слияния тебе немножко гормоны подкрутил для выброса феромонов. Самка до сих пор сильно жаждет оплодотворения. Хватай её, тащи на самую высокую гору.
Ну и там бери, пока тёпленькая.
— Подкрутил? - удивился я новому признанию. — Это как?
— Делов-то! Не благодари. На максимум ставить не стал, а то тут бы и с остальными женскими особями оргию устроили. У тебя потенциал в этом плане большой. Так, до четвертиночки довёл и всё.
— Твою-то мать! — только и смог произнести я. Кажется, вслух.
Глава 26
По приезде в Ярославль нас заперли на этот грёбаный карантин. Можно его было сравнить с заточением в тюрьме, если бы не обходительный персонал, кормёжка, как на убой и куча свободного времени, которое проводили в безделье у телевизора или слушая музыку.
"
"Лафа омрачалась лишь медицинскими процедурами. Все врачи, пытавшие меня, оказались исключительно сирьеннами. У остальных из нашей группы половина были людьми. Не соврал Старший следователь: ко мне повышенное внимание этой исследовательской братии.
Зато выяснилась интересная подробность. Пусть Чаха так никто и не смог обнаружить, а про боевой серп кроу знали и раньше, но поставить в тупик медицинский народец я всё-таки смог.
Классификация Дара — вот что их смутило.
Кто-то из эскулапов утверждал, что я сейчас чуть ли не десятка, кто-то с не меньшей убеждённостью заявлял, что пятёрку и то с трудом освоил. Но по выражению их лиц догадался, что ни те ни другие ни хрена не разобрались. Мучаются от этого бедняги, не зная, что написать в медицинском заключении. В конце концов, плюнули обе группы и заявили, что я имею минус Дар непонятной классификации.
Четыре дня пролетели незаметно.
Ранним утром зашла наблюдавшая меня сирьенна и доброжелательно попросила на выход.
— С вещами? — привычно пошутил я.
— Нет, Данила. К вам приехал отец. Он ждёт в отдельной комнате около проходной. Вообще-то у нас не принято пускать посетителей, но все ваши тесты пройдены и есть дозволение Имперской Службы Безопасности на встречу.
Чёрт! Этого мне только и не хватало! Я ни фига не помню родственников прошлого тела, а вот они меня очень хорошо знают.
