Так увлёкся подавлением усилителя, что не заметил его приближения!
— Ястребов!!! — Глаза заместителя ректора сверкали гневом. — И почему я не удивлён, что это снова ты!!!
— И я рад вас видеть, Всеволод Ростиславович. — Я беспечно улыбнулся. Артефакты, включая усилитель, я успел запихнуть в сумку. И сейчас очень надеялся, что граф не сумеет уловить исходящую от них энергию. — И вообще, на вашем месте я бы поберёг здоровье студентов!
— Что?… — Ростоцкий удивлённо заморгал. — Ястребов, какое ещё здоровье?!
— То, которое у нас одно-единственное.
Бродите по Академии, неожиданно выскакиваете на честных учащихся… Тут и нервный срыв словить недолго! Да и кричите громко. Того и глядишь, будет разрыв перепонок…
Я сам понимал, что, возможно, напрасно это говорю. Всё-таки Ростоцкий — уважаемый человек, граф.
Но такой уж у меня характер. Не могу не подколоть человека!
По покрасневшему лицу Ростоцкого было видно — он вот-вот взорвётся.
Но он сдержался.
— Ястребов, не заговаривай мне зубы! Приборы зафиксировали сильнейший выброс энергии.
Я тут же поспешил сюда. И, как и всегда, встретил здесь тебя!
— Совпадение! — Я пожал плечами.
— Совпадение? И это тоже?!
Ростоцкий ткнул пальцем куда-то мне за спину.
Я обернулся.
Шикарный цветник горел. В стороне, дико матерясь, носился садовник Академии. Он пытался спасти умирающие цветы, но не знал, как подступиться к огню.
Кажется, усилитель сработал мощнее, чем я ожидал…
Но вину я признавать не собирался.
Если начнут допытываться, то ко мне может возникнуть много непростых вопросов.
А если меня свяжут с артефактами Бесцветного, то я и вовсе окажусь в неприятностях по самые уши!
— Да мало ли от чего он загорелся. Я чист перед законом!
Я почувствовал, как Ростоцкий прощупывает меня магией, пытаясь обнаружить остаточные проявления артефактов.
На всякий случай я набросил на сумку Ловушку.
В результате уверен не был, но Ловушка смогла подавить энергию усилителя.
Ростоцкий пару секунд побуравил меня взглядом и отвернулся.
К нему подскочил садовник.
— Ваше Сиятельство, там же бесценные розы! Уникальный Императорский сорт! Ведь сгорят!!!
Ростоцкий фыркнул и, подойдя к цветнику, использовал водную технику.
Огонь не сдавался, продолжая пожирать кусты один за другим.
Хм, а пламя явно не обыкновенное!
Чутьё Следопыта подсказывало, что огонь был порождён не Стихией, а особым энергетическим зарядом.
И подавлять его надо было соответствующим образом!
Я встал рядом с Ростоцким и использовал водную Стихию.
