— Мне начинает казаться, что я зря тогда закрыл глаза на ваши выкрутасы и предложил вам, как мне ошибочно тогда казалось, взаимовыгодное сотрудничество…
— Сегодня вы измените это свое мнение, — расплылся в улыбке Титан. — Ибо я располагаю информацией касательно…
— А чем вы были заняты, позвольте вас спросить? — тяжело посмотрел на него околоточный надзиратель.
— Я работал, — на полном серьезе ответил Титан.
— Работали? — Петухов нервически поерзал в кресле. — Вы работали?! Полагаю, в публичном доме Зинки Чекушиной? Поди, до мозолей!
— От вас ничего не скроешь, господин околоточный надзиратель, — польстил ему Титан.
— Это точно, — подтвердил Петухов.
— Да, но это как раз и было работой, — верноподданнически посмотрел на околоточного надзирателя Титан. — Я просто вынужден был пребывать в доме свиданий мадам Чекушиной, поскольку последние три дня производил слежку за одним господином, вызывавшим у меня чрезвычайные подозрения. Вы же всегда требуете конкретику… Ну, так вот.
Этот господин показался мне крайне подозрительным. Он сорил деньгами, говорил, что является подрядчиком строительных работ и в данный момент, получив «жирный», по его словам, строительный подряд, ездит по слободам и нанимает рабочих. А еще он хвалился перед хозяйкой процентными бумагами с неотрезанными купонами и говорил, что таких бумаг у него — на сорок тысяч…
— Процентными бумагами? — оживился околоточный надзиратель (неужто теми самыми, кокошинскими?). — А ну-ка, давай с этого места поподробнее…
Рязань, как и иные губернские города, в какой-то степени слепок с Первопрестольной Москвы.
Иногда слепок этот весьма неполный, с отломанным краешком, иногда — в миниатюре, иногда и вовсе плохонький. Но все равно — это слепок или копия.
В губернских городах имеется все, что есть в Москве: мощеные улицы, магазины, величественные соборы, монастыри, кладбища с замогильной тишиной, гимназии, городские и народные училища, Дворянское и Купеческое собрания… Имеются Общество приказчиков со своим клубом, клиники и земские больницы, банки и ссудные кассы, гостиницы, меблированные комнаты и постоялые дворы, магазины французских мод, ресторации, кондитерские и трактиры.
А еще, и это неотъемлемо, питейные дома, штофные лавки, шинки, разного рода притоны и — а куда от этого денешься, коли имеется немалый спрос — дома терпимости.
Конечно, парочка-тройка фешенебельных публичных домов имелась и в центре Рязани.
