А, собственно, зачем я вообще это сказала?
Наверное, потому что не хочу, чтобы он останавливался. Мне вроде бы и больно, а с другой стороны, приятно. Это что-то… точно! На грани боли и наслаждения. Между ног становится влажно, низ живота стягивает в ноющий узел. Дожила, блин, еще немного и я кончу от обычных ласк груди. Только я подумала об этом, как в следующий момент Соболев как будто специально оставляет мою грудь в покое и снова подталкивает к стене. Вновь упираюсь о нее ладонями.
— Ноги шире, — врывается его голос в мое затуманенное сознание.
Не хочу. Это, блин, слишком… не моя поза.
Не привыкла я слушаться и сейчас хочу взбрыкнуть. Пытаюсь еще больше свести ноги, на что Соболев вклинивается меж них коленом.
А в принципе, это же Петя, что плохого от него можно ждать? Он даже не обидчивый. Хотя… спокойно может оставить меня возбужденной, с мокрыми трусами одну. Сглатываю, когда понимаю, что на этом он не останавливается. Зажмуриваю глаза, упираясь лбом в собственные сведенные руки, когда ощущаю, как Соболев опустился на корточки и стал гладить мои ноги.
Медленно вырисовывает пальцами круги по коже, поднимается вверх и целует внутреннюю кожу бедра. Машинально сжимаю ноги, но Соболев — не дает. Черт возьми, это какая-то пытка. Кажется, я достигла такого момента, когда я согласна тупо попросить меня трахнуть. Однако, стойкая Василиса, к счастью, еще жива. Вместо мольбы, выжимаю из себя:
— Не ожидала, что ты такой гад.
— Да ладно? — наигранно удивляется Петя, выпрямляясь во весь рост.
— Уверена, что гад? — прижимается ко мне сзади. Ну сам же возбужден, скотина.
— Абсо…, — и замолкаю, когда его рука проникает в мои трусы.
Из меня вырывается хриплый полустон, когда его пальцы проходятся по складкам. Вроде должно быть стыдно за то, что я настолько готовая, а вот ни фига. Когда большой палец скользнул внутрь, я уже не сдерживаясь всхлипнула. Еще немного и я позорно буду насаживаться на его палец. Дожила. Черт, терпеть это становится труднее."
"— Я не хочу так, — почти прохныкала я, в ответ на его виртуозные движения пальцев в моих трусах.
— Тебя хочу. И не сзади, — вполне серьезно произношу я, при этом пытаясь сжать бедра.
— А я и не собирался так, — игриво шепчет мне на ухо и резко убирает руку.
И все-таки сегодня его надо казнить! Если бы не ослабленные ноги, я бы точно взбрыкнула, но, кажется, я погорячилась, потому что через мгновение Соболев подхватил меня на руки, а затем уложил на кровать.
