Большой сегодня с нами пойти решил, заменил собой Трубу, тот стреляет не очень все же, так что его на наблюдение посадили. И на эвакуацию, уходить на двух машинах будем.
Маркел пальцами по рулю постукивает, нервничает. А я уже всем, по привычке все повторять сто раз:
– Целимся, не просто весь магазин выпуливаем. Я выхожу, контролирую, потом уходим.
– Да поняли все, – вздохнул Большой.
В «боевой обстановке» он моему прототипу всегда подчинялся, признавал за тем большие знания и умения.
– Ну и славно, что поняли.
Пауза.
Звонок Маркелу:
– Эта… я через два часа там буду, подтягивайся.
– Понял.
Два часа – две машины. Сколько народу в машинах – в такую погоду и в такое время уже особенно не разглядишь, так что дальше наудачу. Весь расчет на плотность огня. И на то, что Ваха сидит на переднем сиденье, справа от водителя.
– Смотрим, скоро появятся!
Машин на набережной не так много в это время, она вообще редко перегружена. Так что две «Тайги», идущие гуськом, разглядеть получилось издалека, фонари тут светят.
– Давай, пошли!
Самый стремный момент заехать в переулок так, чтобы не насторожились. Мы у самого въезда припарковались, стоять тут можно, несколько машин еще рядышком, в рядок у тротуара, так вроде бы нормально все, но…
Фургон рывком тронулся с места, свернул, мы трое, Большой, Капрал и я, перескочили в грузовой отсек, к самым дверям, приникли к затонированным окнам. Фургон медленно-медленно едет по переулку дальше, тянутся темные прямоугольники окон по сторонам, крыши машин, столбы…
Есть! Вон первая машина свернула за нами, следом за ней вторая, нагнали практически мгновенно, водитель замигал фарами, требуя ехать быстрей.
Сердце то ли в желудок провалилось, то ли к горлу подскочило, в ушах заложило от адреналина…
– Давай!
Фургон плавно остановился, а задние и боковая его двери распахнулись. Мы с Большим разом вскинули к плечам откинутые приклады «узи» с навинченными на стволы массивными глушителями, и частые короткие очереди, неожиданно громкие в пустом темном переулке, треском своим порвали тишину в клочья.
Лобовое стекло «Тайги» вспухло частыми фонтанчиками стеклянных осколков, я даже боковым зрением разглядел Капрала, стоящего на тротуаре и стреляющего по задней машине.
По силуэтам по короткой в каждый, и снова поочередно, чтобы никто не ушел. В первую машину, вторую, первую. Во второй кто-то попытался успеть выскочить, дверь распахнул, но я его так сквозь дверь и достал, он свалился.
