Левого оружия у нас нет, а использовать что-то нормальное… не стоит, я думаю. Ищи по своим каналам. Китайцы же «СВД» делают, так?
– Быстро не добыть. – Я поморщился. – Ладно, разберусь.
– Давай тогда к наркоте вернемся. – Барановский достал блокнот, перекинул пару листов. – Вы взяли те четыре килограмма у некоего Митяя, которого крышует Вагонка, так?
Картотека.
– Да, так.
– Митяя мы установили, это некто Каменщиков Дмитрий, официально владеет двумя магазинчиками, хотя живет явно не по доходам. Забрали за долг, хоть и непрямой.
Он должен кому-то, тот должен вашей бригаде, и так далее, верно?
– Верно, – ответил я, сверившись со знаниями прототипа. – Долг не нам, долг Мартыну, нам просто доля от этого.
Поэтому Большой так за товар и нервничал. Пришлось бы свои отдавать, если бы потерялись.
– Чеченцы у вас собирались их выкупить по десять рублей за таблетку, верно?
– Верно. Сорок тысяч.
«Уличная цена» на подобную дрянь от пятнадцати до двадцати рублей в нашем городе колеблется. Интересно, почем это в частном городе? Я спросил.
– В среднем по пятьдесят. Придурки потом всю ночь как на крыльях с этой новой дури летают. И, говорят, либидо повышается так, что иногда от сердечного приступа помирают во время этого дела. – Он усмехнулся. – Так что те, кто переправляет дурь в Волжск, делают неплохие деньги. А кто сидит на всем оптовом… сам понимаешь.
– Как переправляют?
– Дронами, похоже. Хоть их и регистрируют, и маяки вставляют, но… их просто разбивают, снимают с учета, а потом строят заново, уже без маячков.
И никакая запретка не поможет. С полкило груза такой везет, садится точно, куда засылают, а там товар забирают.
– А продавцов не ловите?
– Отслеживаем кое-кого, но у нас с этим сложней, чем здесь. – Он вздохнул. – В частных городах свободы много, равно как и прав у жителей. И границы частной собственности нерушимы. Увидишь. Да и не только наркота важна.
– Что еще?
– Милицейское руководство города. Оно не совсем то, которое мы бы хотели здесь видеть.
– То есть если кто-то из шишек спалится на горячем…
– …Мы сумеем сменить их всех, – закончил он мою мысль.
– Там сейчас чужие люди у руля, мы бы хотели изменить ситуацию.
Вот так все становится еще понятней. Чуть меньше благородства и чуть больше практичности. И да, надо срочно говорить с Костей. Раз он меня не сдал, он все же на моей стороне. Но почему не предупредил о Барановском? У него своя игра, что ли? Или Барановский только делает вид, что не знает? Нет, не думаю.
