Как начинается общегородской шухер, так там выставляют ОМОН и начинают шмонать машины, а моя вполне может быть в какой-нибудь ориентировке. Или я сам. Тормознут для проверки документов, а потом полезут по машине.
Безопасней всего здесь. Но тогда приходится как-то вовлекать «хакеров» уже в свои дела, а этого не хочется. Это и для них не очень хорошо, и для меня тоже. Но какой еще выбор?
Надо с Большим поговорить. Просто сообщить ему, что я пока скрываюсь. Во избежание, так сказать. Видел слежку за своей квартирой, например.
Или показалось, что видел, но не хочу рисковать. Ладно, это я придумаю, это не проблема, только вот запасы стволов оттуда бы вывезти неплохо, они еще сильно пригодиться могут в будущем.
Да, все же сюда, на раскладушечку. Безопасней всего, тут даже наблюдение и все такое, что я повторяться буду. Просто сидеть и не отсвечивать, в спортзале качаться да «хакеров» стрелковому делу учить.
В общем, я остаток дня провел на базе «хакеров». Провел как раз урок по стрельбе и да, позанимался в спортзале, потом чуть обжился в комнате, сходил поужинал.
А потом все же отправился к себе на квартиру. Надо там будет подготовиться к эвакуации. И при этом не хочется мне все оружие перетаскивать в свое новое убежище в силу привычки не класть все яйца в одну корзину. Это не паранойя, это просто привычка такая.
Доехал без приключений под надоевшим уже осенним дождем, поставил замызганную по крышу «Ниву» на стоянку, потопал домой, как уже делаю обычно, пешком. Постоял в темноте, выискивая возможную слежку, но никаких явных ее признаков не обнаружил.
Явных. Потом через ворота проскользнул в гараж, проверив сигналки – все на месте, никто их не сорвал.
Тихо и медленно вышел в подъезд, стараясь не шуметь. И тут, в эту самую секунду, завибрировал в кармане телефон. Секретный телефон, о котором никто не знает, так что ответил я сразу, потому что это или Костя, или максимум кто-то от Кости. Кто-то, кому он этот номер дал. Но голос в трубке оказался другим. Я даже почувствовал, что голос знаком прототипу, но и картотека прототипа сразу опознавать его отказалась.
Голос был откуда-то из прошлого.
– Старший сержант Бирюков, это майор Барановский, – сказал этот самый голос, уверенный и чуть хрипловатый. – Я у тебя в квартире сижу, один, ничем тебе не угрожаю, так что не делай глупостей, пожалуйста. Просто заходи. Нам с тобой поговорить надо.
Барановский, майор Барановский, голос вдруг быстро и гладко совместился с фамилией.
