Своя команда проверена, кости всех любителей помолоть языком давно обглоданы рыбами, а остальные твердо знают, что лучше иметь звонкую монету в кармане, чем кинжал в собственном брюхе.
Кылыч Аль-Реис вообще не любитель крови. Если надо — другой вопрос, но лучше противника запугать, чтобы сам сдался. Например, пообещать забрать лишь половину груза. Тут главное, чтобы жертва позволила встать к борту борт и зайти досмотровой группе. А дальше — дело техники. Внезапной атакой захватить доверчивого противника, вовсе не то, что вести настоящий бой.
Своих потерь меньше, а добыча богаче, и не один ли гуль, какому богу молятся будущие рабы. Единоверец? Значит будешь продан кочевникам. Чуть дешевле, чем, к примеру, европейцы, но за то же звонкое золото. Или серебро, что тоже неплохо.
— Погонное! По курсу пинка — пли!
Бах!
Ну что, поняли бедолаги, что пора сдаваться? Нет?
— Еще раз, но ближе к корпусу. Только не заденьте это корыто, ремонт из доли вычту!
Бабах!
О! Дошло, наконец! На пинке убрали-таки паруса и спустили флаг.
Все, можно поздравить себя с очередным прибытком.
— Призовой команде приготовиться! Лево на борт! К повороту готовсь!
И, когда команда встала по местам, еще один приказ:
— Весла убрать, гребцам отдыхать!
Вот так. Не из человеколюбия, разумеется, просто весла сейчас будут мешать. Да и рабам надо отдохнуть, чтобы новых подольше не пришлось покупать. Гребцы редко выдерживают больше года, но и сокращать отмеренный им срок не следует. Невыгодно это.
— Грот и бизань убрать, крючья приготовить!
Мушкетеров? Не надо, команда выстроилась вдоль борта с поднятыми руками.
— Крючья бросай! Фок убрать! Крепи!
С гулким стуком ударились борта.
— Призовая команда — вперед! Вязать пленных!
Все было сделано быстро и четко. Так что уже через полчаса Кылыч аль-Реис ловко соскочил в высокой кормы шебеки на палубу захваченного корабля. Как там его? «Счастливый»? Получается, сегодня он свое название не оправдал."
"Высокий и широкоплечий аль-Реис внушительно смотрелся в темно-синем, сшитом по последней венецианской моде камзоле.
Коричневая шляпа, белоснежное страусово перо. Его вообще можно было бы принять за европейца, если бы вместо широкой сабли с крутым изгибом на боку висела шпага. Впрочем, и манерами пират старался подражать европейцам.
Степенно прошелся вдоль борта на бак, где призовая команда аккуратно разложила связанных моряков «Счастливого».
— Кто капитан? — Этот вопрос он задал дважды на османском и галлийском языках.
— Я.
