"
"Капитан пожал могучими плечами.
— Зачем? На моем корабле не обманывают. Во всяком случае те, кто хочет с него сойти на берег. — И тут же скомандовал: — Пассажиров и багаж поднять, потом вернуться за остальными.
Резиденция реис уль-кюттаба
— Докладывай. — Хозяин кабинета чинно возлежал на диване, всем своим видом демонстрируя солидность и невозмутимость. Хотя внутри все клокотало, хотелось вскочить, захлопать в ладоши, да даже и подпрыгнуть в нетерпении, прямо как в детстве.
Сейчас, сейчас этот человек, стоящий напротив, доложит, что проблема решена, проклятая девка убита, а вина лежит на вконец обнаглевших бандах, решивших именно в эту ночь показать всему городу, кто здесь на самом деле хозяин.
Заодно и городского визиря скинуть удастся — такого безобразия не простит даже нынешний султан, славящийся своим мягкосердечием.
Ну же, говори! Ты же за этим пришел! Если только… эй, а чего глазки бегают? Ты что сказать хочешь?
— Они сбежали, господин.
Что⁈ Как⁈ Потрачены бешеные деньги, тайно, через самых доверенных лиц скоординированы действия десятков уличных банд.
Всего и надо было, чтобы его личный отряд, переодетый под простых горожан, ворвался в дом д,Оффуа и закрыл вопрос. Окончательно. Именно штурм дома и был сигналом для бандитов к началу грабежей.
— На них напали до нас. У д,Оффуа укрылись беглые рабыни. Галлиец отказался их выдать, а хозяин позвал соседей. Вы же знаете, как это бывает: вот дом вора, в нем есть чем поживиться, ну народ и не отказал себе в удовольствии — разграбили все, что могли.
Только галлийцы сбежали через черный ход, его поборники справедливости перекрыть не догадались. Нападение толпы было воспринято как сигнал, банды занялись любимым делом. В общей суете д,Оффуа с женой ушли. Прихватив слуг и тех самых рабынь.
Это конец. Хорошо, что остался лежать, иначе упал бы сейчас в обморок, прямо к ногам этого идиота. О Всевышний, ну почему приходится работать с такими идиотами⁈
Что теперь? С делом. К Иблису дело, со мной что будет⁈ Визирь не простит, это точно.
Хорошо, если прикажет удавить, а если решит сварить заживо? В назидание другим? Он может, ему это даже нравится, смотреть на муки неугодных подчиненных.
Так к чему готовиться?
Или есть еще шанс? Что там говорилось? Рабыни? Какие? Откуда?
— Что за рабыни? Кто их хозяин?
— Не знаю, господин. Мы захватили нападавших, допросили. Был кто-то, кричал про рабынь. Прилично одетый, средний рост, борода, нос крючком. Больше никто ничего не запомнил.
