Руслан усмехнулся, а выражение лица у него и вовсе стало таким, будто парень пришел делать всем великое одолжение.
— У меня свои причины так поступать, — он посмотрел Борису в глаза. — Подумай над моим предложением. Моя мать непредсказуема и может приказать убить вас в любой момент. Эй это ничего не стоит сделать, потому что она закрутила роман с начальником службы безопасности сам знаешь кого… Если понадобится, он отведет глаза на все, что угодно и матери ничего не будет за ее шалости. Они придумают любую отговорку: несчастный случай, утечка газа, проводку замкнуло… У тебя же взорвалась машина вместе с твоим другом, верно? Ты добился наказания для виновных? Нет? А если умрешь — так и не добьешься и Вику тоже уберечь не сумеешь.
Мужчина взглянул на гостя исподлобья и с хрустом сжал кулаки.
Все этот сопляк все верно говорил. Он не сумел докопаться до виновных в смерти Дмитрия, потому что даже у его влияния был предел и это очень злило. Поиски злоумышленников ничего не дали.
— Почему я должен тебе верить? — Кравцова все еще терзали сомнения по поводу плана Руслана, который тот изложил ранее.
И все в нем было складно и гладко, именно поэтому верилось парнишке с трудом.
— Потому что я ваш единственный шанс покончить со всем раз и навсегда. В случае чего у меня есть компромат на Ларионова и на всю его шайку, я все продумал. Тебе нужно всего лишь сказать «да»."
"Сказать это его «да» Борису мешало элементарное недоверие к постороннему человеку, не больше, не меньше. Слишком уж у этого типа было все просто.
— Допустим, я соглашусь... Но что если Вика пострадает?
— Не пострадает. Я позабочусь об этом…
* * *Белый потолок… белые стены… запах лекарственных препаратов и… прикованная к изголовью кровати наручниками правая рука.
Я не сразу поняла, что происходит, но когда воспоминания о последних событиях медленно начали возвращаться, я зажмурилась и всхлипнула.
Борис… почему он сейчас не рядом со мной? Он погиб, да? Действительно погиб? А почему я жива и… почему прикована к кровати?.
. Что это еще значит?
Пару раз дернув рукой, наручник издал лязгающий звук, но не поддался, после чего я стала пытаться вытащить руку, но лишь поцарапала кожу.
На мгновение меня захлестнула паника, и я стала дергать рукой сильнее, оставляя на ней кровоподтеки.
— Нет, нет, нет!.. Черт!..
Наверное, мою возню стало слышно, потому, что в приоткрытую дверь неожиданно шагнул мужчина средних лет, по суровому лицу которого было понятно, что он вовсе не доктор.
