— А я уже заждался, малышка, — как-то слишком спокойным тоном произнес мужчина и обнял одной рукой за талию, после чего бросил взгляд мне за спину. — Всего хорошего, Светлана! Дальше я сам!
Не успела я даже и слова сказать, как Кравцов повел меня в сторону лифта, в который потом буквально втащил.
Оставшись с ним один на один в тесной кабине, мне стало не по себе. Я буквально кожей чувствовала его взгляд, но обернуться и посмотреть мужчине в глаза, просто не было смелости.
Я нервничала, и это было видно невооруженным глазом, думаю, Кравцов даже чувствовал, как сильно напряжено мое тело, но не сказал на это ни слова, лишь отстранился на мгновение, снял пиджак и накинул его на мои плечи.
Когда мы сели в машину, я отвернулась к окну, не желая даже смотреть на этого психопата. Если честно, он пугал меня сейчас, ведь я понятия не имела, что творилось у него в голове.
— Нина видела, как ты пришла, поэтому и поцеловала меня, — неожиданно сказал Кравцов, когда мы уже подъехали к дому.
— У меня с ней ничего нет. Думаю, ты хотела это услышать.
Я нехотя обернулась и окинула Бориса недовольным взглядом.
— Тогда зачем ты пошел к ней?
Мы подъехали к воротам, дождались, пока они откроются, а затем двинулись во двор.
— Это был подходящий момент, чтобы покончить с ней раз и навсегда, — он остановился и заглушил двигатель. — Нина больше не будет у вас преподавать и работать со мной она тоже. На этом все.
В дом мы вошли молча.
Я все прокручивала в голове слова Бориса и размышляла над тем, что если все это правда, то я та еще истеричка и не верю мужчине на слово.
Хотя тяжело верить словам, когда глаза видят совершенно другую картину. Что ж, мне это послужит очередным жизненным уроком.
Поднявшись к себе, я разделась, накинула на себя отцовскую футболку, которая иногда служила мне пижамой и подошла к зеркалу, начиная стирать с лица макияж мицелляркой, точнее то, что он него осталось после рыданий на плече у подруги.
Некоторое время послонявшись по комнате, я вздохнула и пошла в ванную, решая быстро искупаться и лечь уже спать, чтобы как можно скорее забыть сегодняшний день и больше не накручивать себя, но несмотря на уговоры самой себя, я провалялась в воде минут тридцать и только потом, когда она уже не казалась такой привлекательной и горячей, вылезла и укуталась в полотенце, после чего побрела к себе.
Борис ведь сам подтолкнул меня к сомнениям после того, что произошло утром.
