Мне бы тоже было неприятно лететь в такой компании несколько часов, но я уже привыкла.
Снова рассматриваю самолет, внутри очень красиво, я вообще лишь один раз летала, еще с матерью, отчимом и его сыновьями на море, в Сочи. На столе живые цветы, удобные кресла из светлой кожи, плоские мониторы телевизоров, начищенный хром и натуральное дерево, а в иллюминаторе ночь.
Частный самолет, полет на котором себе могут позволить только очень богатые люди. Захар обещал и сделал, он, нет, точнее все мы, летим в Турцию.
Хорошо, что я еще в том году получила загранпаспорт в надежде, что нам повезет и Ангелине сделают операцию.
Повезло.
Справа от меня сидит Захар, чуть дальше, развалившись в кресле, Тимур, они не разговаривают друг с другом с самого дома. А еще у одного разбита губа и ссадина на скуле, а у другого рассечена бровь и синяк на левом виске.
— Ваша вода, что-то еще?
— Нет, не нужно.
— А вам? — бортпроводница снова улыбается, обращается к Захару, тот даже не смотрит на нее, читает какие-то бумаги, хмурит брови.
— Принеси кофе, и покрепче.
— А мне виски, и тоже покрепче, — это уже Тимур, но смотрит на меня, подмигивает, улыбается, но тут же морщится от боли, трогает пальцами разбитую губу.
Не знаю, как назвать их поведение и то, что случилось в доме утром. Я была так счастлива, что могу полететь к дочке, что увижу ее, буду рядом хоть несколько дней. И мне все равно, какие дела происходят вокруг, это меня не касается, я мало что понимаю, да мне и не говорят.
После откровенного секса с Захаром и его слов не знала, за что браться, все валилось из рук. В душе полное смятение, тот его грубый тон в сторону Тимура, повадки собственника, которые были и раньше, не давали покоя.
Не надо было ему так себя вести, пусть бы все было как раньше, секс и ничего лишнего. Не надо давать мне надежду на что-то большее, все эти подарки, поездки в ресторан, медленный танец, взгляды, ревность.
Я вижу, как мужчины меняются, как становятся ближе, как проникают под кожу, словами, поступками, сексом.
Но то, что происходило между нами этой ночью, было непросто половым актом.
Приняла душ, спустилась, Маргариты нигде не было, на кухне незнакомая женщина готовила завтрак.
— Доброе утро, вы кто? И где Маргарита Павловна и повар?
— Доброе утро, я Светлана, а Маргариту уволили.
— Как уволили?
— Мне неизвестно, через несколько минут будет все готово, присаживайтесь, я сварю кофе.
