Стоит ли мне гордиться тем, что я немец, или мне стоит вырабатывать теперь комплекс неполноценности из-за этого, чувствовать себя изгоем? Вот погибла хорошая, умная, сильная девочка…
– Вы не о том думаете, Клаус, – отозвался Сосновский. – Вам нечего стыдиться, тем более своей национальности. Вы должны думать о том, как, собрав в кулак все свои национальные достоинства и способности, восстановить Германию после этой войны. И, самое главное, сделать что-то, чтобы не допустить войны впредь."
"– Какая Германия? – с горечью воскликнул ученый.
– Если победят противники Гитлера, нас посадят в клетки и будут показывать в зоопарке. Это немцы, которые залили кровью половину мира!
– Какая чушь, – усмехнулся Сосновский. – Мы победим не немцев, а нацистов, гитлеровскую клику. А вам придется еще помогать строить новую Германию. Умную, чистую и добрую.
– Вы это серьезно? – опешил Венге.
– Вы не согласны? – нахмурился Сосновский. – Вы будете строить, а мы только помогать, вместо вас и за вас никто ничего делать не будет.
Только вы сами!
Утром, когда все собрались уходить, Сигни протянула Буторину узелок с теплым хлебом. Кнудсен тоже вышел их проводить, поглаживая перевязанную руку. Объятия были теплыми и короткими. Теперь у каждого из этих людей будет иная жизнь, ничто не проходит бесследно в душе человека, все оставляет свои следы.
Сигни обняла Буторина как сына. Последнего мужчину, которого любила ее Мэрит. И который последний видел ее живой. Они уходили, эти русские. Непонятные, суровые, но в то же время добрые и беззащитные.
Они готовы жертвовать собой, своей жизнью ради других. Даже если эти другие не просили их об этом.
Берия вышел из-за стола и, протягивая руку, пошел навстречу немецкому ученому. Вся группа вместе с Платовым остановилась у входа. Венге смущенно улыбался, отвечая на рукопожатие.
– Я рад, что вы благополучно добрались! – Берия обнял Венге за плечи и повел в сторону углового дивана в кабинете. – Советское правительство очень обеспокоено вашей судьбой, как и судьбой многих выдающихся ученых, пострадавших от нацизма.
Поверьте, мы сделаем все необходимое для того, чтобы вы могли спокойно жить и работать у нас в стране.
– Спасибо! – Венге вытянулся как солдат. – Но я хотел бы обратиться к вам, господин нарком, как представителю советского правительства. Ваша страна должна сделать все для того, чтобы фашизм не получил в руки страшное оружие с энергией ядра. Это разрушительная сила, которая и не снилась военным.
