Ну и ещё пара ребят в разные годы и в разных уголках планеты. Все сделали своё дело на «отлично».
– Сделаю всё от меня зависящее! Но… товарищ контр-адмирал…
– Не переживай, капитан, мы все в одной посудине. – Синицын собрал морщины на лбу, осознав родившийся каламбур: иносказательное «в одной посудине» соответствовало реальному событию. – Есть негласный приказ главкома – давать по сопатке американцам везде, где они попытаются нагло качать свои права.
– Понял, – расправил плечи Брайдер. – Разрешите вопрос?
– Валяй.
– «Краб» не уместится на борту…
– Оставишь гидроакустическую антенну в доке, – сказал Шманкевич. – «Краб» как раз и займёт её место. Эксперты всё сейчас промеряют и вынесут свой вердикт.
– Ещё кофе? – предложил Брайдер после паузы.
По лицам гостей пробежали улыбки: они оценили сдержанность капитана «Грозного».
Мурманск
16 декабря, утро
В мурманский аэропорт Мурмаши прилетели ночью, в начале четвёртого.
Вербов хотел сразу отправиться к родителям, жившим на северно-западной окраине города, на берегу Кольского залива, но спутница, которой он предложил сомнительное удовольствие познакомиться с городом, отговорила его от поездки.
– Зачем будить людей в такую рань? Посидим в аэропорту до утра и поедем к вашим родичам часов в семь. Заодно покажете город, а то ночью мы ничего не увидим.
– Ну, сейчас и днём мало что увидишь, – хмыкнул Вербов, имея в виду время года: в декабре в Мурманске и окрестностях царила полярная ночь, и солнце даже днём практически не показывалось из-за горизонта.
– Всё равно не стоит будить ваших рано.
Возражать Вербов не стал, хотя подумал, что отец с мамой будут рады появлению сына в любое время суток.
– Посидим в кафешке?
– Здесь есть бизнес-зал, – сообщила Вершинина, одетая в брючный костюм и меховую курточку для длительного путешествия. – Там тише.
– Нас не пустят."
"– Ещё как пустят, мы летели самолётом «Норд Авиа», да ещё бизнес-классом, так что отдых в ВИП-зале нам обеспечен.
Действительно, в бизнес-зону их пропустили без вопросов, стоило спутнице показать корешок своего билета.
Зал был просторен и почти пуст. В центре его за столиком расположилась в жёлтых прямоугольных креслах компания пожилых женщин. Столики у окон, выходящих на лётное поле, окружённые кожаными креслами и диванчиками вишнёвого цвета, пустовали.
Сели у окна, напротив друг друга.
– Листретто, – заказала Вершинина подошедшей официантке, полной блондинке в коричневом фартучке.
– Капучино, – добавил Вербов.
