Свет в помещении погас, затем сквозь щели между прутьями решёток ударило нежгучее алое пламя, пронзившее, казалось, не только воздух внутри тамбура, но и одновременно тела людей.
Инга и Юрий Илларионович вскрикнули.
Однако пламя погасло, не причинив вреда, по потолку прозмеился синий световой жгут, и стену впереди прорезало расширявшееся отверстие.
– Вперёд! – выдохнул Вербов, буквально выталкивая Ковалёва в проём двери, собираясь тем же способом помочь Вершининой, но она не заставила себя ждать.
Все трое вывалились в широкий коридор, концы которого тонули в темноте, а прямо перед разведчиками в глубокой нише светился полупрозрачный эллипсоид, напоминающий огромный мыльный пузырь.
Перед пузырём на бугристом полу лежали какие-то горбатые огромные жуки, в которых Вербов не сразу узнал части глубоководных скафандров.
– Вот где они разделись, – пробормотал он.
За его спиной свистнуло. Он оглянулся.
Дверь исчезла, вместо неё на крупнопористой стене коридора медленно таял световой контур.
"
"Инга тоже оглянулась, держа палец на спусковом крючке автомата.
– Что это было?!
– Дезактивация, – пришло на ум словечко из лексикона военных химиков. – Юрий Илларионович, мы у цели?
– По-видимому, да…
– Здесь тоже нужна симка?
– Повторяю, я не строил Меру и не жил в ней. Всё, что у меня было с собой, я передал вам. Возможно, и тут нужен чип-ключ для пропуска в главную зону, а возможно…
– Договаривайте!
– Тот, кто прошёл два уровня… уже допущен.
– Вы хотите сказать, раз мы вошли в тамбур, нас пропустят без предъявления документа?
– Я так думаю.
Вербов не успел принять решение, Инга опередила его. Она стремительно прошагала в нишу, коснулась ладонью светящейся плёнки «мыльного пузыря», и плёнка одела её в необычного вида световой «плащ». В следующее мгновение женщина исчезла.
Вербов метнулся вперёд, но остановился в полушаге от «пузыря», переживая вспышку бешенства.
– Твою мать!
– Не переживайте, Денис Геннадиевич, – подошёл Ковалёв. – Она никуда не денется, идёмте за ней.
Вербов снова попытался поймать мысль, мучившую его давно: поведение Инги всё больше казалось странным, – но размышлять об этом было некогда, надо было действовать.
– Держитесь рядом!
Ладонь коснулась плёнки «пузыря».
В глаза ударил неяркий, но ослепляющий свет. Тело сжала мягкая лапа, что-то толкнуло его в спину, и Вербов невольно сделал несколько шагов вперёд, защищая глаза ладонью.
Свет померк. Зрение прояснилось.
