– Генерал бросил взгляд на Шманкевича.
Тот встал, оправил китель, проследовал к двери.
– Идёмте, Илья Константинович.
Оба, каперанг и полковник, вышли.
Вербов и Крымзков сели напротив друг друга.
– Не волнуйтесь, Денис Геннадиевич, – сказал генерал серьёзно, – у меня на вас компромата нет."
"– Я и не волнуюсь, – пожал плечами Вербов. – Был бы компромат, я бы не служил в бригаде спецназначения. Единственное, что мне непонятно, как я мог проходить ваше ведомство, в то время как я служу в родственной, но всё же другой «конторе».
– У нас одна база данных, – раздвинул губы-тиски генерал в понимающей усмешке. – Приходится проверять штаты всех «контор» на предмет наличия неблагонадёжных.
– И много у вас числится… неблагонадёжных?
– Кое-какие сомнения кое в ком имеются. Мы стараемся не допускать к совсекретным материалам непроверенных людей и уж тем более держим под пристальным контролем тех, кто по долгу службы часто ездит за границу и может решиться остаться там. Побегов за рубеж наподобие известных широкой общественности мы не допускаем.
– А есть и те, кто неизвестен… широкой общественности?
Крымзков остался спокоен. Судя по всему, он был очень уравновешенным человеком.
– Эти ребята не дожили до мирной жизни предателя.
Вербов внутренне поёжился, вдруг осознав, что не только особые подразделения ГРУ ведут оперативную работу за пределами страны. Существовали и такие, кто отслеживал побеги и ликвидировал предателей, рассчитывающих кормиться из рук спецслужб других государств. А предатели, по мнению Дениса, не должны были жить спокойно и вообще – жить.
– Но я хотел побеседовать с вами по другому поводу, – добавил генерал, тонко уловив переживания собеседника. – Все, кто идёт в поход на север, проверенные люди. И всё же никому душу наизнанку не вывернешь. К примеру, мы просчитались, включив в первую вашу группу Пальковского, специалиста по НЛО. Как оказалось, он был связан с иностранными научными структурами, которые в свою очередь финансировались зарубежными спецслужбами.
– Он же погиб.
– Да, но благодаря ему и ещё одному отморозку, наёмнику, айти-специалисту полярной станции «Восток», американцы знали чуть ли не о каждом нашем шаге. Повторение подобного казуса недопустимо, поэтому о вашей миссии знает очень ограниченное количество людей, и только те, кому мы безусловно доверяем. К примеру, сотрудники базы и подводники считают, что «Грозный» направляется в океан для разметки границ российского шельфа.
– Понимаю.
– А теперь самое главное.
