– Да бегите же наконец!
– Идём, – сказал Вербов, протягивая руку Дрёмову. – Может, успеете с нами, внук Перуна?
Дрёмов понял его, криво улыбнулся.
– Все мы внуки Перуна… я должен проконтролировать сброс, бегите! – в третий раз повторил он, поворачиваясь к пульту и хватаясь за змеевидные рычаги.
– Ты уверен, что действуешь правильно? – помедлила Инга.
– Хочу верить, – ответил Вербов.
Бросились к «деревьям», но Инга вдруг вернулась обратно, поцеловала Виктора Степановича в щёку и вернулась. Вербов, остановившийся у прохода между «деревьями», молча коснулся её руки.
Натянули маски, пробежали «посадки», наткнулись на груду оружия и на группу людей: двое лежали на полу лицами вверх, глаза их были закрыты, двое сидели на полу спиной к спине, двое держали их на прицеле автоматов – моторист Ваня Комов и бортинженер Володя Пинчук.
Лобанов сидел на корточках возле одного из лежащих. Поднял голову, когда появились Вербов и Вершинина. Лицо у него было угрюмое, измазанное кровью.
– Такие вот пироги.
– Кто?! – выдохнул Вербов, хотя и так было понятно, кто из членов группы распластался на полу.
– Пальковский.
– Жив?
– Убит. – Лобанов выпрямился, виновато посмотрел на Ингу. – А мы хотели бежать к вам на выручку. Или вы разминулись с их второй бандой?
– Не разминулись, – буркнул Вербов.
– Уходим, – сказала девушка, окинув сидящих на полу американцев быстрым взглядом.
– А где Виктор Степанович?
– Остался.
– Зачем?
– Капитан, потом объяснимся!
– Слушаюсь. – Лобанов стёр со щеки кровь, озабоченно посмотрел на ладонь, перевёл взгляд на убитых.
– С ними что делать?
– Придётся оставить, нет никаких гарантий, что мы все уместимся в капсуле.
– А с этими как?
Инга помедлила.
– Я бы их оставила… убивать – марать руки… и спасать не хочется… stand up!
Пленники вскочили.
– Простите, мисс, я капитан Ренделл… – начал по-русски старший из них, с залысинами.
– Cilens! Before! Run!"
"Вербов развернул низкорослого капитана Ренделла в дыру прохода, по которому они недавно выходили в центральную зону Буфера, и все побежали в переливчатую пелену краевых искажений зоны, забыв о потере ориентации в странном пространстве.
Однако проскочили облако искр все, американцы в том числе, собрались в чешуйчато-ребристой трубке тоннеля, снова побежали вниз, под уклон.
Лобанов догнал Вербова, понизил голос:
– Майор, неужели всё то, о чём ты так красноречиво молчишь, правда?
– Преследователям кранты, – выдохнул Денис. – Дрёмов остался сам.
