– Инга, ты меня слышишь?!
– С-с-лы… ш-ш… – с трудом разобрал он слово. Сердце заработало быстрей.
– Слава богу, а то я уже запсиховал! Виктора Степановича не видишь?
– Он с-с-ле… в-в… от м-мен-н…
– Слева? Не могу повернуть голову…
– Я т-то-ш-ш… ше…
– Виктор Степанович!
Молчание в ответ.
– Он двиг-гает-т… ся… там-м ч-что-то сто…
– То есть он освободился?! Как?!
– Н-не зна-на-у-у…
– Виктор Степанович! Отзовитесь!
Дрёмов не ответил.
Вербов попробовал скосить глаза правее, не смог. Пришла трезвая мысль: если освободился Дрёмов, то смогут и они.
Как он это сделал? Мысленно? Напрячь мозги, образно говоря, и приказать этой глыбе раскрыться? Что она собой представляет? Желе, стекло, кристаллический монолит, силовое поле?
Сим-сим, откройся!
Ничего не изменилось. Он по-прежнему не мог шевельнуться.
Что за хрень?! Как в асфальт закатали… прозрачный…
По плечам, по всему телу побежали иголочки: сжатые кровеносные сосуды требовали движения.
Вербов попробовал сокращать мышцы таким образом, чтобы они уходили внутрь тела, освобождая внешнюю полость вне тела.
Пальцы правой руки закололо сильней. Он внезапно понял, что рука сжимает рукоять автомата (в момент прыжка он готовился к стрельбе), а указательный палец вообще касается спускового крючка.
Так, хорошо, это идея – попытаться нажать на крючок, ведь ход нужен – всего полсантиметра. Ну-ка, ну-ка, давай, майор, конфетку получишь…
Вербов напрягся, пытаясь вдавить курок, но цели не достиг, палец не продвинулся и на миллиметр.
А что, если снять напряжение плеча? Мышцы расслабятся, локоть левой руки отойдёт назад, правая подвинется вперёд, и вместе с ней палец… нет?
Он «поиграл» мышцами (подумав при этом: хорошо, что они есть, не такие, как у Шварценеггера, но всё же), и ему удалось расслабить плечи в перекосе так, что правая рука сдвинулась вперёд, и палец вдавил-таки курок автомата.
Раздалась глухая очередь в три выстрела… и кристаллическая масса, сжимавшая человека, рассыпалась грудой тающих кристаллов-лепестков.
Вербов упал на «водную поверхность», которая вовсе не была (и к счастью!) водой, с высоты одного метра, присел на корточки: ноги затекли, икры свело. Но тотчас же вскочил, озираясь.
Одного беглого взгляда было достаточно, чтобы оценить ландшафт, окружавший место действия.
Они с Ингой оказались на плоской вершине конусовидного сооружения, накрытой куполом бликующей плёнки, с откосов которого спускались толстые гофрированные трубы.
