До меня доносились крики, стоны, свист стрел и лязг клинков, но это осталось позади. Я должна идти вперед, если найду камень — Аш останется жив. Так вторил голос Сеасмила внутри меня, а шею сдавливал невидимый обруч.
Ветер уже давно сорвал с меня накидку и снег обжигал, жалил и колол как иголками, но я не чувствовала холода. Я шла вперед на сиреневые лучи, они мелькали за деревьями, переливались и светились так же, как и мои волосы, излучая ультрафиолет.
Внезапно я споткнулась обо что-то твердое и посмотрела под ноги — похоже на ступени, или бордюры, припорошенные снегом, они вели вглубь леса.
Там, за могучими корнями деревьев, извивающимися по белоснежному ковру, как черные гадюки, виднелась каменная глыба. Из-под нее исходило это странное сиреневое свечение. Как только я приблизилась, глыба с треском отодвинулся, посыпалась мелкая щебенка и открылся вход, но не в пещеру, как говорил Сеасмил.
Скорее это строение, напоминающее развалины древнего Храма.
На стенах висели зажжённые факелы, они освещали странные иероглифы и пиктограммы, выдавленные на серых камнях, очень похожие на те, что украшали перевязь Аша.
При мысли о демоне плечо обожгло легкой болью, я посмотрела на клеймо, стянув материю вниз. Под кожей пробегали огненные лучи, переплетаясь создавая цветок, который напоминал мне о том, что далеко не уйду, а если Аш решит меня здесь бросить — клеймо сожжет меня живьем. Я сделала шаг вперед и посмотрела на цветок — он не менялся, только становился то ярче, то бледнее.
Своды храма, разрушенные временем или войнами, открывали черное небо без единой звезды, снежинки кружились в воздухе и залетали сквозь дыры и прорехи, кружась оседали на пол.
Я осмотрелась по сторонам в поисках лучей света. Теперь они мелькали в стене, освещая грани камней изнутри. Я медленно подошла, протянула несмело руку, коснулась ледяной поверхности кончиками пальцев и камни рухнули вниз к моим ногам.
Я невольно вскрикнула — внутри открывшейся лунки сиял маленький осколок, похожий на кристалл. Как зачарованная я осторожно тронула прозрачное стекло. Сияние разгорелось ярче, сливаясь с блеском моих волос, я взяла кристалл, сжала в ладони и воцарился мрак, только факелы бросали блики на покрытые изморозью стены. Подтаявший лед стекал прозрачными слезами на мраморный пол, покрытый глубокими трещинами.