– А были ли они вообще, консул? Или ты поверил этим двум посланцам, коих я отправил в иной мир?
– Нет, август. Когда легат повел легионы на запад, я получил сообщение из крепости в устье Рейна. Варвары осадили ее и гарнизон запросил помощи. Сведения посланцев подтвердились...
– Но почему тогда Анпил не нашел противника? Или ты хочешь убедить меня, что девять тысяч войска и триста кораблей могут исчезнуть бесследно?
– Следы остались, император.
– Какие это следы? Отпечатки ног, конских копыт, кострища или трупы варваров?
– Они никогда не оставляют своих павших на месте битвы, – с нескрываемым уважением проговорил консул.
– Они выскребают даже землю, на которую пролилась кровь, и увозят с собой.
– Так что же от них осталось? – чуть было не вскричал Варий.
– Варвары захватили и разрушили крепость.
– А гарнизон?...
Варий когда-то приблизил Эмилия за его смелость и способность говорить ему горькую правду.
– Легат сообщил, что гарнизон погиб. На лицах убитых почему-то отразился ужас.
Последние слова консула еще более согрели императора, но это был боевой жар старого всадника.
– Если ты полагаешь, варвары ушли на северный правый берег, зачем же легат ведет легионы на юг, в сторону Галлии?
У Эмилия и на это был ответ.
– Действия варваров обманчивы и потому непредсказуемы, но Анпил знаком с их тактикой. Чаще всего их ватаги появляются внезапно и там, откуда их не ждут.
Его спокойное суждение, ранее по достоинству оцениваемое императором, сейчас вдруг вызвало неприязнь к консулу.
Тот тайный, порочный рубец в сознании, особенно чуткий к опасности и обладающий животным чувством самосохранения, склонял его повиноваться мнению Эмилия, однако воля императора взбунтовалась.
– Я не верю ни легату, ни тебе! – Дым из курильницы прижало к ковровому полу шатра. – И не стану разгадывать замыслы дикого варвара. Я буду диктовать правила войны по ромейским законам. Не он, а я навяжу ему сражение там, где посчитаю нужным.
Консул прочно замолчал, а философ торопливо записывал на пергаменте каждое слово императора.
– Поэтому легату не следует гоняться за варварами, а выстроить легионы в боевые порядки там, где я принимал парад, – продолжал Варий. – Пусть этот дикарь, коего вы от страха называете атлантом, сам придет сюда, а я буду руководить ходом битвы из своего шатра. А корабли расставить в устье Рейна так, чтобы можно было запереть в реке их летучие суда, когда они подойдут на выручку.
