— Мог бы, не скрою, — Бестужев отсмеялся и посмотрел на меня, — даже хотел, но ты прошёл проверку.
— Проверку? — удивился я, — на что?
— Понимаешь, — Бестужев встал с места и, подойдя к двери, открыл её. — Чаю с плюшками, Филипп.
Дверь закрылась, а Бестужев вернулся и развалился в кресле. Он напоминал медведя, который нежится на солнышке, настолько его лицо выражало довольство.
— Дело в том, — продолжил Бестужев, — что война твоего деда с твоим отцом произошла не просто так. Дмитрий хотел, вернее его покровители, — поправился Бестужев, — хотели заполучить то, что находится в Лоснёвке.
Но твой дед смог сохранить секреты рода Орловых, и продолжил оберегать их по сей день.
— И Вы, — кажется, я догадался, — проверяли меня на интерес к наследству? Не засланный ли казачок?
— Именно, — улыбнулся Бестужев, — но твоё удивление было искренним, ты ни сном, ни духом о секретах и не рвёшься за ними. Значит, твой выход из рода и восстановление Орловых не очередная попытка подобраться к Лоснёвке.
— Совсем не попытка, — хмыкнул я, а затем хмыкнул ещё сильнее, от чего Бестужев слегка нахмурился.
Я тут же пояснил: — забавно, как вы с дедом оберегаете секреты, которые, дело времени, всё равно попадут в руки победителей. Война же проиграна.
— Проиграна, — кивнул Бестужев, — но условия наши.
Раздался стук и в комнату, неся перед собой поднос, зашёл Филипп Кириллович. Слуга подошёл к нам, опустил на стол чайник с чашками и блюдо с плюшками.
— Кстати, — я дождался, когда слуга покинет кабинет, — а как так вышло, что войну проиграли? Вы чтите договор, предлагаете мне защиту, но деду в войне не помогли.
Напряжение, которое возникло в начале нашей беседы, ушло. Бестужев больше не напоминал готового к атаке сонного медведя, и я позволил себе расслабиться. Тем более он, удивительное дело, совсем не умел скрывать свои эмоции. И сейчас транслировал благодушие. Хотелось воспользоваться этим и восполнить с его помощью пробелы в знаниях.
— Мне запретили, — пожал плечами Пётр Алексеевич.
— Запретили? Кто?
— Император, — Бестужев взял плюшку, откусил и громко прихлебнул чаю.
Прожевав, он продолжил: — я не знаю всех подробностей, это секрет твоего рода, но у вас в Лоснёвке что-то вроде места силы. Император просил у Ефима доступ, но тот отказал. В итоге получилась ситуация, что государь закрыл глаза на войну против Орловых.
— Натравил на деда других? — хмыкнул я, оценив коварство венценосной особы.
— Нет, — покачал головой Бестужев, — просто закрыл глаза.
