– Выразительно поежился, обвел взглядом помещение и негромко завершил: – Пришлось бы делать ремонт в этой комнате. Потому что ты, моя дорогая, оказалась бы размазана ровным слоем по стенам, полу и даже потолку. Эдакая равномерная кровавая кашица.
От спокойных слов короля меня замутило. К горлу подкатил ком тошноты. Фу, какая гадость! И он еще так равнодушно описывает столь омерзительную картину.
– Один человек Оливию точно хочет убить, – проговорил Фредерик, видимо, поняв, что я пока не в состоянии отвечать.
– И очень сильно.
– Шерон, что ли? – осведомился Дэниель. – Вроде бы верно запомнил имя той женщины, которая так и пыталась испепелить Оливию взглядом.
– Нет, я про Бретани Коул, – сказал Фредерик.
– А, эта. – Дэниель вдруг взял – и хихикнул. – Да, у нее есть более чем веская причина недолюбливать Оливию. Но убийство? Помилуйте, вряд ли. Бретти не из таких. Вот скандал устроить, родителям Оливии нажаловаться, битого стекла ей в туфли напихать – это да. Но не более.
– Да неужели? – нарочито удивился Фредерик.
– Тогда почему госпожа Коул пыталась вчера нанять меня для убийства Оливии?
– Нанять? – переспросил Дэниель, мгновенно став очень серьезным. – Как это?"
"– А так. – Фредерик пожал плечами. – Она очень просила меня сделать все мыслимое, лишь бы госпожа Ройс в кратчайший срок покинула Рочер, а в идеале – вообще мир живых.
– Вот ведь… – Дэниель замялся, подыскивая наиболее приемлемое определение поступку Бретани. А затем вдруг с яростью грохнул по пустому столу, отчего тот едва не рассыпался в труху.
– Ну-ну, держи себя в руках, – равнодушно посоветовал ему король. – Дружище, между прочим, это ты заварил всю кашу. Ослепленная ревностью девушка способна на страшные вещи.
– Да не любит меня Бретани. – Дэниель досадливо поморщился. – Не любила и не любит. Иначе бы я и не подумал с ней связаться. Дурной, что ли, совсем?
– Возможно, и не любит. – Король флегматично кивнул. – Но это принцип дракона на горе сокровищ.
– Принцип дракона на горе сокровищ? – не удержавшись, переспросила я.
– Как это?
– Другими словами, ни себе, ни людям. – Король снисходительно ухмыльнулся. – Большую часть времени дракону эти сокровища и даром не нужны. Но ему греет душу мысль о том, что он, и только, он обладает ими. И едва появляется смельчак, желающий позаимствовать из его пещеры хотя бы крохотный драгоценный камушек, – дракон превращается в огнедышащего монстра. Вот так и Бретани Коул. Вряд ли она влюбилась в Дэниеля.
