А он-то что делает рядом с Дэниелем?
Король, сделавший было шаг ко мне навстречу, видимо желая приветствовать заклятого друга, остановился, а затем и вовсе попятился. Посмотрел на Фредерика и выразительно приложил палец к губам, призывая его к молчанию.
Вот теперь я начала жалеть, что ответила на вызов в его присутствии. Но я и подумать не могла, что меня ожидает такой разговор.
– Папа? – изумленно спросила я, и сфера действия заклинания расширилась.
Теперь в поле моего зрения попал и отец. Он сидел рядом с Дэниелем и сурово хмурил брови.
– Чтобы это был последний раз, когда я слышу от тебя нечто подобное! – строго предупредил он. – Где ты таких словечек понабралась? Стыдобище!
– Не будьте слишком строги к вашей дочери, господин Ройс.
О небо! И Элден где-то там поблизости. Правда, по всей видимости, он сидит напротив моего отца и Дэниеля, потому что увидеть я его не могла.
Все это выглядит как какой-то дурной анекдот. Мой отец, мой официальный жених и Дэниель, которого вполне можно назвать моим постоянным соблазнителем.
– Не забывайте, что она несколько дней пробыла в Адвертауне, – продолжил тем временем Элден. – Жители сего славного городка, безусловно, достойные люди. Но они селяне. То бишь за крепким словом в карман не полезут.
– Ну хорошо, – буркнул отец и пригрозил мне пальцем. – Так и быть, прощаю. Но, Оливия, помни, что твоя деревенская жизнь раз и навсегда осталась в прошлом.
«Очень жаль», – едва не брякнула я, но в последний момент мудро прикусила язык.
Честно говоря, я уже начала скучать по Адвертауну.
Сейчас бы сидеть на веранде с Вериной, пить горячий чай, есть вкуснейшие пироги…
– Девочка моя, так как у тебя дела? – уже более ласково проговорил отец. – Как прошел первый рабочий день?
– Нормально, – почти не разжимая губ, обронила я. После крошечной заминки исправилась: – Относительно. – После чего не выдержала и прямо спросила: – А этот рядом с тобой что делает? – И кивком указала на Дэниеля.
Ох, как-то грубовато вышло. А, ладно! Этот тип мне столько нервов в свое время попортил, что пусть не удивляется такому отношению.
Зеленые глаза Дэниеля потемнели. Но почти сразу он с нарочитым радушием растянул губы в улыбке.
– Оливия! – опять возмутился отец. – Да что с тобой случилось? Грубишь прямо направо и налево. А ведь господин Горьен сделал тебе столько хорошего!
Краем глаза я заметила, как король прикусил нижнюю губу, видимо удерживая себя от вполне понятного смешка. Даже мрачный Фредерик усмехнулся.
