– Пусть только переговоры с терстонцами завершатся – и сразу приглашу.
– Заметано, красавчик! – Эльза вытянула губы трубочкой и послала насупленному Фредерику смачный воздушный поцелуй. Затем уже серьезнее продолжала: – Ну и что твоя краля натворила, раз ее отправили ко мне в гости?
– Но не здесь же о таком говорить! – нарочито удивился Фредерик и многозначительно закрутил головой по сторонам, словно высматривал притаившихся где-то рядом злоумышленников.
И так у него это заразительно получилось, что я в свою очередь тоже принялась встревоженно озираться, хотя умом понимала: на тесном пятачке свободного пространства около двери даже нашей троице тесно.
– Ты прав, – кисло согласилась Эльза. – В этом проклятом дворце плюнуть некуда – в чье-нибудь ухо попадешь."
"Я невольно улыбнулась от столь оригинальной трактовки известной пословицы. Правда, почти сразу насупилась вновь. Что скрывать очевидное, настроение у меня было хуже некуда.
Тем временем Эльза посторонилась, и перед нами открылся еще один узкий, длинный и темный коридор.
Мерцающий где-то вдали магический шар был не способен разогнать мрак. Казалось, будто передо мной раззявило ненасытную пасть какое-то чудовище. Резко и неприятно пахнуло застоявшейся спертой влажностью.
– Идемте, госпожа Оливия. – Фредерик решительно подхватил меня под локоть, видимо, осознав, что по доброй воле я не сделаю и шага.
Каменный свод здесь был настолько низкий, что Фредерику пришлось нагнуться, оберегая голову. Почти сразу он остановился, поскольку я повисла на его руке всей тяжестью своего тела.
Затылок невыносимо заломило от осознания того, сколько этажей находится над нами. Было трудно дышать. Сердце от непонятной паники заходилось в бешеном ритме. Я из последних сил удерживала себя от приступа слезной истерики.
Король всерьез отправил меня сюда на несколько дней? Изверг он после этого полный!
– По-моему, у меня начинается приступ клаустрофобии, – жалобно простонала я, отчаянно цепляясь за руку Фредерика, лишь бы не упасть – так сильно ослабели колени.
– Потерпите немного, – попросил он, буквально таща за собой. – Еще немного – и все будет хорошо.
Потерпеть немного? Все будет хорошо? Да мне будет хорошо только в том случае, если я немедленно выберусь на свежий воздух! Увижу над головой высокое чистое небо, а не эти плиты, которые так напоминают могильные!
Мы миновали несколько ответвлений от коридора, в которых плескался чернильный мрак.
