Защищать ее будет приятнее, если она сама доверится и расскажет, чего требует Арвариус.
Баль остановил карету недалеко от центра. С облегчением они все вывалились на улицу. Народ уе стягивался к центру, где традиционно разбивали шатры циркачи, кукольники,танцоры и другие артисты.
Они готовились к этому фестивалю за полгода. Ставили защиту, натаскивали студентов из академии на патрулирование. В местах скопления кучи магических фокусов и забавностей всегда что-то да случается. Сам нджей так задолбался с организацией купола и всего остального, что и не думал посещать арнавальный фестиваль.
Но почему бы и нет? Прежде столица ещё не принимала его, король не разрешал, так что для девчонок все было в новинку.
Все-таки что-то в этом есть: бродить среди шатров, смотреть на выступления, покупать девчонкам сладости. Что-то из беззаботного прошлого, когда он умел развлекаться.
И вправду стареет. Прав Нагос, ему уже давно пора пить витамины.
- Ну, куда пойдем? – спросил Баль.
- Я хочу посмотреть акробатов, – призналась Кармелла.
Демон обвел взглядом присутствующих, возражений ни у кого не оказалось.
Акробаты поселились в центральнoм, самом здоровoм, шатре. Большая вывеска сообщала, что шоу начнется в час ночи,и до этого времени оставалось почти полчаса. Они еще немного побродили по ярмарке. Геральд выдал девушкам по огромному рожку мороженого, усыпанного конфетами, сладкой кукурузой и печеньем. Бальтазар, не желая ударить в грязь лицом, метнулся за игрушками, и кто знает, чем бы дело кончилось, если бы Кармелла не воскликнула:
- Стойте-стойте, не надо скупать всю ярмарку, у нас же всего пo две руки, а не как у осьминога.
..
В шатре народу было битком. Анджей уже давно не посещал представления в качестве обычного зрителя, даже если куда-то и шел, то в отдельную ложу, с cопровождением. И теперь, сидя на последнем ряду небольшого уютного циркового шатра, он чувствовал себя странно.
Еще страннее от того, что рядом сидела Мика. Они пришли под самое начало выступления,так что билеты удалось купить в разные концы зала.
Первый ряд занял Нагос, не то вдруг воспылавший любовью к цирковому искусству, не то тактично оставивший ведьм наедине с друзьями.
Желтенькая, она же Люсинда, уже не хотела никакого отбора, архимага в мужья и прочей ерунды. Геральд рассказывал, что отнес ее к лекарю и там сидел, пока в себя не пришла. А когда пришла, вдруг обнаружил, что забыл снять морок и все ещё выглядит как здоровый мохнатый оборотень.
