В последние несколько месяцев все три группировки обратили на наш район пристальное внимание. Не знаю уж, чем им так понравились наши земли. Но они стали засылать к нам своих эмиссаров. То от масловцев человек приедет с наказом, что мы теперь под ними ходим. А стало быть, должны им постоянно платить. Да размер оплаты раза так в два увеличился. Пробовали мы с Прокурором говорить. Да он руками разводит, говорит, что не при делах. Все, что мог, для нас сделал. Ему самому от новых раскладов тошно. Я так понимаю, что его от кормушки отстранили.
А он неплохо с нас кормился. Только мы смирились с новым политическим раскладом в городе, к нам артельщики подкатили. Мол, теперь это наша земля, вы нам за проживание платить должны. Мы им говорим, что уже платим масловцам. Но артельщики нас послали куда подальше. Мол, кому вы там платите, нам по барабану. Наша земля, и точка. Так масловцам и передайте. Будут настаивать, мы их на деревьях развесим, как первомайские флаги. Сговорились за цену. Вроде по-божески. Даже меньше получилось, чем у масловцев.
И вроде артельщики обещали, что сами масловцев на место поставят. А нам-то что! Мы своих боевых бригад не имеем. Отряд самообороны не в счет. Там двадцать человек, вооружены чем попало. Да в основном народ безобидный. До войны мирными профессиями овладели. Прошла пара недель. Масловцев не видно. Артельщики пару раз приезжали. Проведать, так сказать… Порядок навести. Мы уже немного расслабились. Но тут часовщики появились. И опять та же самая херня. Они нам – платите.
Мы им – уже платим. Они – кому? Мы – артельщикам. Они – это наша земля. В общем, песня старая, да на новый манер. Часовщики сказали, что теперь они нас доят. И мы никому чтобы больше не платили, со всеми они сами разберутся. Цену, правда, заломили процентов на двадцать выше, чем масловцы. Но мы люди подневольные. Нам бы только дали работать да семьи кормить. А эти нашествия бандитов нас досуха выдоили. Сначала мы задаток масловцам отдали, потом артельщикам заплатили, затем часовщикам пришлось выложить.
В общем, полный у нас беспросвет наметился. Хорошо, что впереди лето. Мы сможем восполнить свои запасы. Может, что и выторгуем полезного. Но тут приехали масловцы одновременно с артельщиками. И начали отношения прямо у нас в Пролетарском выяснять. Слово за слово, и стрельба началась. А тут и часовщики подтянулись. Короче, заруб у них солидный случился. А мы, как водится, крайние оказались. Масловцы сказали, что за измену мы им должны.
