Лифт останавливается, двери разъезжаются. Три женщины, ровесницы матери, и одна, примерно моя, — выходят первыми. Делаю жест, пропуская Элину. Вздернув подбородок, она выплывает лебедем.
— Платош, а можно нам лабораторию посмотреть? Ты говорил, как раз пришло дорогое оборудование. Которое стоит много миллионов.
— Нельзя. Это закрытая территория, — отвечаю не грубо, но категорично.
Мама объясняет вполголоса:"
"— Нельзя, видите. Разработка и правда секретная, Платон здесь за все отвечает. Огромная ответственность.
Он защитился в двадцать три, карьера головокружительная. Его даже приглашали в немецкий университет преподавать.
Элина проходит на свое место и начинает раскладывать вещи. Женщины тем временем решают, что выжали из кабинета все возможное, и собираются в кафе.
— Платон, угостишь нас кофе? — с надеждой спрашивает мама. Якобы незаметно, при этом очевидно для всех вокруг кивает на молоденькую коллегу.
Та ресницами хлопает, а потом краснеет.
Брови Элины восхищенно летят вверх. Ну почему, блин, сегодня, мама?!
— Женечка тоже интересуется наукой.
Вообще, у нее столько книг, целая стена.
— Я обожаю читать научпоп, — подтверждает Женя.
— Платон, твоя Рита звонила, просила срочно набрать ее, — бубнит Москва.
Женя уже цвета хорошего красного вина.
Вздыхаю.
— Спасибо, Элина Станиславовна, что взяли на себя роль моего секретаря, пока нет Дарины.
— Кто-то должен разобраться в ваших многочисленных контактах.
Повисает пауза.
Рита — заклеивает сколы на тачках в нашем автосервисе, я принял ее на работу на прошлой неделе.
Звонить сюда она не может точно.
Мы с Элиной секунду друг на друга смотрим. Москва явно злится, я пытаюсь придумать почему. Она хмыкает, усаживается за стол и закидывает ногу на ногу.
Все остальные смотрят на меня вопросительно.
— Платон, ты же сводишь нас в кафе? — Мама, похоже, решила увести нас подальше от Москвы. Поясняет подругам: — У них есть корпоративная скидка.
— Да ладно?! — подхватывает Элина. — А мне?
Секунду помешкав, приглашаю цирк следовать за мной.
***
Спустя два часа барабаню пальцами по столу. Ладно, признавать ошибки — это нормально, и я буду рад переобуться в полете, если такое понадобится. Надежды на успех мало, но, приструнив гордость и эго, пишу:
«Элина Станиславовна, для вас есть персональное задание: до конца недели нужно предложить один-два способа уменьшения расходов на системы очистки и фильтрации. Другими словами — придумайте, как нам соблюсти требования и максимально сэкономить».
