У меня прекрасная семья, но уж очень за меня переживающая. Моментами даже обидно. Словно я не уверенный спец, а маленькая девочка.
Курьера перехватываю у научного центра, забираю стаканчики с кофе и маффины и врываюсь в здание. Угостив охранника, поднимаюсь в офис. Дарина сделала мне ключ, поэтому я приехала раньше всех, чтобы занять стол. Первой! Ха-ха. И задобрить народ сладостями."
"Оказавшись на нужном этаже, пихаю ключ в замочную скважину и понимаю, что открыто. Начало восьмого — какого, блин, черта?
Толкаю дверь и застываю на пороге.
Платон Смолин, как привидение, сидит в полутьме. Я включаю свет, и он, вместо приветствия, раздраженно прищуривается.
И как я раньше на такое велась?
Рядом со столом Дарины есть икеевский комод, когда-то там, видимо, стояла кофемашина, а теперь — пара небольших горшочков с кактусами: попытка секретаря принести уют в суровую обитель суровых инженеров. Туда-то я и выкладываю что купила.
— Доброе утро, Элина Станиславовна. Вы сегодня рано, — говорит Смолин мне в спину.
Оборачиваюсь радостно:
— А, вы без наушников? Доброе утро! Снова ночевали в гараже?
Он как-то резко опускает глаза и оглядывает себя. Вероятно, на предмет чистоты и отглаженности. Я тоже, пользуясь моментом, оцениваю босса — тонкий свитер, брюки, кеды. Спорно, но не прикопаться. К сожалению.
Он поднимает руку и нюхает рукав, пожимает плечами. Господи! Брезгливо отворачиваюсь.
— Гараж не в том понимании, что вы себе представили, — поясняет Смолин.
— Егор вчера даже фотографии показал, — делюсь я, ставя ноутбук на его стол.
Громко принюхиваюсь. — И да, машинным маслом малость несет.
Он снова пожимает плечами и возвращается к работе.
Вздыхаю.
— Платон Игоревич, нам нужно сотрудничать. Ну что вы делаете? Вам никуда не деться от нас, а нам — от вас. Зачем конфликты?
Он вскидывает глаза и криво, неприятненько улыбается. Помешкав пару секунд, выдает спокойно, но на одном дыхании:
— Элина Станиславовна, это наш проект от начала и до конца, наша разработка, под нас открывали грант.
Технология уникальная, прогнозируемые масштабы производства и внедрения потрясают. Вы прекрасно понимаете, зачем влезли. Неясно, с чего решили, что вас здесь кто-то ждет. Улыбаться и целовать вас в зад я, уж простите, не буду.
Прекрасно понимаю, что «целовать в зад» — это фигуральное выражение, относящееся к нашей группе, но отчего-то ощущаю легкое смущение.
— Вполне можно обойтись без поцелуев, — подбадриваю вяло.
