Заметив приближающуюся машину, откуда-то сверху вниз по мощному стволу скользнула белка и замерла на уровне человеческого роста, вопросительно глядя на Берёзова, и Туман пожалел, что у него с собой нет никакого лакомства для большеглазой пушистой крохи. Присмотревшись, он понял, что сосновый бор кипит жизнью и его обитатели совершенно не опасаются наполненного людьми автомобиля. Кажется, мотор «газика» стал урчать как-то иначе… более плавно, что ли… видимо, Болт так сделал специально, чтобы не нарушать окружающую гармонию.
Иван порадовался столь редкому и приятному сну, в котором на душе легко и свободно настолько, что хочется поспать подольше. Он не сразу заметил, что «газик» покинул чащу и вышел на большую лесную поляну. Потому что поляна эта одновременно была и при этом её не было. Пространство впереди являлось не тем, что видели глаза, и Туман понял, что автомобиль вновь накрыт тентом, а в салоне стоит тишина. Неожиданно перед Болтом, прямо в лобовом стекле, возникло лёгкое свечение, внутри которого вспыхнул какой-то образ.
Берёзов хотел было разглядеть, что там, но во сне не смог повернуть голову. В салоне раздалась короткая фраза на непонятном, но до боли знакомом языке, и Болт убрал руки и ноги с элементов управления автомобилем. Туман подался вперёд, надеясь услышать продолжение фразы, и внезапно осознал, что хорошо понимает слова давно забытого языка, более того, когда-то очень давно, не в этой жизни, это был его родной язык…
– Переход под внешнее управление, – размеренно сообщил твёрдый мужской глас.
– Входной коридор создан. Точка внешнего энергетического баланса активирована. Смещение завершено.
Всё вокруг потемнело, превращаясь в непроглядную тьму, и Иван провалился в ничто.
* * *– Туман! – кто-то тряс его за плечо. – Вставай! Хватит спать, пора собираться!
Берёзов открыл глаза. Он лежал, укрытый мягким пуховым одеялом, в большой резной дубовой кровати посреди залитой солнечным светом горницы просторного деревянного дома, чистого и аккуратного, словно сошедшего с древнерусской лубочной картинки давно ушедших веков.
Странно, но эта обстановка кажется ему очень знакомой, словно он бывал здесь ранее. Двоякое ощущение… будто это происходило давно и одновременно недавно, пару недель назад…
– Вот одежда твоя, – сидящий перед ним на резном стуле Болт уложил на край кровати сложенное в стопку бельё, и Берёзов узнал свой камуфляж, чисто выстиранный и добротно отглаженный.
