Снайперы противника били из крупнокалиберных винтовок прямо через стену.
– Посмотреть не могу, снайперы пристрелялись! – Медведь отполз под защиту вакуумника. – Наверное, перегруппировываются. Мы им попили крови. У меня патронов осталось две ленты.
– Сбрось трос, я подвяжу к нему новые ленты, – ответил Базальт. – Десять штук есть.
– Откуда такие сокровища?
– Девчонки внизу снаряжают. Айболит выдал им снаряжательные машинки, Бэмби перетаскала на минус второй ящики с патронами, так что пока держимся.
– Бэмби? – фыркнул Медведь.
– Что, её уже простили?
– Да ладно тебе, – устало ответил Базальт. – Девчонка не виновата, чего её гнобить. Попала так же, как мы. Да и таскать больше некому. Никите руку пулей зацепило, из остальных она самая сильная.
– Сейчас трос сброшу. – Медведь перевернулся на спину и нашарил рукой аптечку. – Его бы ещё найти! – Действие обезболивающего проходило, и в простреленную пятку всё сильнее вгрызалась боль, немедленно отдаваясь в пробитой икроножной мышце второй ноги.
– Пять секунд подождите.
Здоровяк, кривясь, достал нужный шприц-тюбик и вколол его прямо в рану через разорванную «Эмку». Боль резко вспыхнула и начала быстро стихать, сходя на нет с тихим свистом. Чем слабее становилась боль, тем громче звучал свист, и Медведь задрал голову, выхватывая глазами тёмную точку, быстро падающую с неба на землю. Здоровяк инстинктивно дёрнулся, прижимаясь к вакуумнику, и миномётная мина с протяжным воем ударила в крышу. База содрогнулась от взрыва, расцветая клубами жёлтой пыли и кирпичного крошева.
Следующая мина угодила точно в Воронку, растворяясь с тихим чавканьем, третья врезалась в вакуумник, разнося его в куски, и в этот момент крыша обвалилась. Медведь рухнул вниз, инстинктивно прижимая к себе пулемёт, и с размаха ударился о куски битого бетона. Находящееся под действием анестезии тело не почувствовало боли, лишь отчетливый хруст и придавленная потолочной плитой нога свидетельствовали о тяжёлом переломе. В базу ударила ещё одна мина, и Медведь выкрикнул в эфир:
– Вниз! Всем вниз! – Он упёрся в нагромождения обломков руками и уцелевшей ногой и с резким выдохом выдернул сломанную конечность из западни под треск рвущихся мышц.
Кто-то схватил его за руку и помог поняться на четвереньки. Медведь дополз до распахнутого люка, содрогающегося от близких взрывов, и ничком скатился по лестнице, стараясь сберечь руки.
– В угол! К несущим стенам! – Базальт с Айболитом потащили его в ближайший угол.
