Тяжелый и бестолковый день, я чуть не выдала себя Лестеру и не попалась Ирвину, при этом никак не продвинулась в своем деле. Артефакт сразу же напомнил о себе жжением под ребрами. Да-да, помню, и делаю все возможное. Только этого точно недостаточно.
Шурх! Метла проскребла по полу и подняла облако пыли. Хуже, что под ней был слой копоти, который придется отскребать вручную. И зачем мне это?
Ирвин не помогал, только дал указания, сколько нужно расчистить перед сном. Через полчаса прошел мимо с целым блюдом ароматных долек дыни и скрылся у себя в комнате.
От досады я стала мести вдвое быстрее и тщательнее.
Спать еще не хотелось, а вот поваляться в кровати с дыней – очень даже. Можно было и просто так бросить уборку, Ирвин вряд ли станет ругать, но какой в этом интерес?
После недолгих размышлений я прочистила горло и затянула: «Люблю я девушек с горящими глазами…» Там больше десяти куплетов, могу петь до глубокой ночи или пока у аптекаря терпение не закончится.
– Чего шумишь? – Ирвин появился на пороге и скрестил руки на груди. Хуже того, он пришел уже без сюртука. И без рубашки. И того, не знаю чего, что надевают под нее, если надевают. Ай! Мысли путаются, не могу сосредоточиться."
"В Гимзоре и Дагре были другие правила одежды, и мужскую я изучала только в плане того, где можно спрятать кошелек и драгоценности. Конечно, стеснительных магов не так много, так что анатомию я тоже знала, и куда больше, чем хотелось бы.
И все равно сейчас было неловко.
Мне хотелось глазеть на Ирвина, его мышцы и шрамы по животу и плечам, прикоснуться к ним, провести ладонью по его коже… Но такие знаки внимания от придурковатого Бринсента аптекарь точно не оценит. Я поспешно отвела взгляд и крепче сжала метлу.
– Скоро уже закончу, – пробурчала я.
– А давай вместе споем? Как там дальше…
– Ай, давай в тишине поработаю.
– Да зачем? С песнями действительно веселее, а соседи слишком далеко, мы им не помешаем.
Погоди, – он пощелкал пальцами, – почти вспомнил, там было о взоре и речах. И корабль, точно!
Тем временем он дошел до единственного уцелевшего стула, поднял его, стряхнул пыль, сел и уставился на меня с самым невинным выражением лица.
– Давай, заводи, я подхвачу.
– Ай…
– Не стесняйся!
– Люблю я девушек с горящими глазами… – через силу начала я, а Ирвин тут же подхватил:
– …Их жаркий взор сжигает мир дотла.
