Пока тот плевался и кашлял, Ирвин проверил все заготовки и побрел к двери. Время ближе к семи, пора открыть аптеку. Снаружи уже мялись двое горожан и всматривались в витрину. Неплохое начало дня, но, чтобы покрыть все расходы, нужна толпа посетителей, а не жалкая горстка. Самое плохое – к ним подошла высокая женщина в легком доспехе и заняла очередь, несмотря на предупреждающую надпись на дверях, еще и руки на груди сложила, как знак, что не двинется с места.
– Чего застрял там? – отозвался Бринсент из-за прилавка.
– Нам не заплатят, пока двери закрыты!"
"– Позже откроемся, надо подсчитать, сколько у нас осталось запасов.
– Считай не считай, а нового без выручки не купишь. Тебя там напугал кто?
Настырный парень уже стоял рядом и разглядывал улицу, сделав «козырек» ладонью.
– Женщину боишься? – участливо спросил он, выпрямившись до того, как его заметили снаружи. – Ай, хорошо о себе думаешь, с порога точно не бросится.
– Я не работаю с женщинами, – процедил Ирвин.
– Зато я без предрассудков, и деньги нам нужны.
Давай, прячься под прилавок, сам все сделаю.
* * *Аптекарь вперился в меня взглядом, затем сдался и ушел в подсобку, заниматься зельями, мне же протянул чистый белоснежный фартук и ключ от входной двери.
– Почти все снадобья подписаны, обычно ко мне приходят с рецептом от врача, где обозначено название сбора или микстуры и его номер, просто находишь такое же на этикетке и продаешь, цены тоже подписаны.
– Так мало, я думал, здесь только за пустой флакон, потом уже добавляешь за содержимое.
– Я покопалась в ближайших ящиках, присматриваясь к ним и надписям.
Уже готовые лекарства хранились в ящиках под прилавком и в массивном темном шкафу, за которым пряталась подсобка. Там Ирвин смешивал редкие сборы или подготавливал ингредиенты, чтобы не уходить далеко. Из самого зала можно было попасть в коридор дома, но эту дверь аптекарь запирал на ключ.
В выходившей на улицу витрине стояли пустые разноцветные склянки или уже просроченные снадобья и мази, просто для привлечения внимания.
Ирвин объяснил, что для большинства прямой солнечный свет губителен, а муляжи нужны для красоты и привлечения внимания. Сестра с мужем тоже так делали, поэтому я добавила немного всяких стоявших без дела вещиц, чтобы выглядело солиднее и загадочнее.
– Если эта, – с явной злостью выплюнул Ирвин, – придет без рецепта – гони. Попросит что-то от женских хворей – гони…
– Буду с ней построже, понял! – заверила я и сжала кулак.
