Так близко, что Каролина чувствует жар его большого тела, аромат его парфюма, легкое касание его руки на своем предплечье.
Тирианец смотрит в ее глаза. Его зрачок расширяется, а в его глубине мигают самые настоящие искры, оказывая на Каролину ошеломляющее, сбивающее с толку воздействие. Они с мужчиной будто бы даже дышат в такт друг другу. И госпоже Сажан кажется, что все вокруг становится неважным, вторичным, неинтересным.
- Я расскажу вам все, что вы захотите узнать обо мне, моя нея - мать Араксии неотрывно смотрит на узкие губы Диана, и ей нестерпимо хочется придвинуться еще немного, чтобы ощутить их на себе.
Каролина сама себя не узнает. Еще недавно она полагала, что не заинтересуется больше ни одним мужчиной до конца своей жизни. Она любила Теоса, своего первого супруга и отца своих детей. Любила так сильно, отчаянно и искренне, что его гибель ввергла ее в насколько глубокую тьму, из которой, казалось, выхода просто не найти. К Марио же женщина испытывала только влечение и симпатию. А возможно, просто убеждала себя в том, что что-то к нему чувствовала, пытаясь излечиться от своей боли и тоски.
И предательство второго мужа, наверное, уничтожило в ней веру в то, что она сможет еще когда-либо раскрыть кому-нибудь свое сердце.
- Ваша нея? - в груди Каролины нарастает напряжение. Все нутро скручивает от необъяснимых щекочущих ощущений, оседающих в животе. Словно тысячи маленьких молний одновременно пронзают тело от кончиков пальцев на ногах до макушки.
- Моя - кивает Диан, не опуская взгляда - и я буду доказывать вам это каждую секунду, если вы позволите.
- Я... - Каролина теряется, хотя ей казалось, что после Марио она нарастила настолько прочную броню, что ничто уже не сможет пробить ее до такой степени неотвратимо и сокрушительно.
Неожиданно тирианец привлекает ее к себе, прижимается к ней, не думая о том, что в этот момент подумают все, кто сейчас находится рядом. Госпожа Сажан с удивлением осознает, что на мнение этих лицемерных снобов и ей тоже откровенно наплевать.
- Не думай, просто чувствуй - шепчет ей мужчина, переходя на “ты”."
"Затем он отстраняется, оставляя женщину в легком замешательстве, забирает из ее руки бокал и ведет за собой в круг танцующих. Кружит в медленном чувственном танце, осторожно обнимая, поглаживая кончиками пальцев по спине, касаясь носом ее волос. Дыша ей так, словно она его единственный воздух. Впитывая ее в себе и пропитывая собой.
Щека Каролины приклоняется к жёсткой ткани его кителя.
