Именно старый болван, которого легко было расположить к себе до этого, обнаружил следы финансовых махинаций и выгнал Марио Соло с позором со станции, передав в руки безопасников и обеспечив тюремный срок.
Это она... Араксия Сажан, его бывшая падчерица. Она вернулась сюда из Икелана.
Что она здесь делает, да еще и с тирианцами? Нашли себе мужика среди этих непонятных инопланетников, потому что с таким мерзким характером на нее никто другой не позарился?
В Марио вскипела ревность, вперемежку с обидой. Да кем себя эта девка возомнила? Стоит такая важная, цветущая, пусть и не такая юная, как раньше, но все равно еще красивая, улыбается.
А он, Марио, должен коротать свое время здесь, в компании этой швали, в этой занюханной дыре на окраине галактики, с нулевым счетом сольдов, в потрепанном старом кителе... Да он ей...
- Киан, говаривают, что ты можешь добыть пропуск на “среднее”? - стараясь скрыть дрожь в голосе, поинтересовался Марио у бармена, когда разговор о тирианцах закончился. Роус, как обычно, трещал без умолку, сыпля все новыми теориями о том, откуда представители Тирии здесь взялись, и кого они могли привезти на станцию.
Марио прекрасно знал имя этой женщины, но решил не делиться ни с кем этими данными, мало ли что."
"Его возвращение на “Экрану” заиграло новыми красками. Конечно, он думал о том, чтобы навестить бывшую женушку и ее болезного щенка и поквитаться за свое унижение. Он хотел отомстить Амиру Бреусу, до которого дотянуться точно не мог никаким способом, поэтому решил, что лучшим вариантом будет сделать это через его дочь и внука.
Но теперь... Теперь можно осуществить не только это, но еще и отомстить за себя, а может быть даже...
Марио мечтательно улыбнулся. О, сколько раз, сидя в камере, он представлял себе, что сделает с Араксией, если она снова попадет в его руки. Сколько бессонных ночей он провел, смакуя каждую деталь того, что он мог бы с ней сотворить, не вырвись она тогда и начни сопротивляться.
Теперь уже он понимал, что нужно было сначала опоить девчонку, а потом уже сделать все остальное.
Но... Он до какого-то момента считал, что она играет с ним, завлекает, потому что хочет его также, как он - ее. Притворяется, что ей неприятны его взгляды, слова и прикосновения. Что ее отпор — это часть игры, и она сама жаждет его внимания и его ласк. Он хотел сделать все правильно. Хотел сделать все с ней по-хорошему, по обоюдному, так сказать, согласию. А она не только вырвалась, но еще и чуть ребро ему не сломала, гадкая дрянь.
