– Туда немного рябиновки плеснули, а нас предупредить забыли, – объяснил «злонамеренную диверсию» тролль."
"– Это все я! – прогудел за спинами виноватый голос Авзугара, каким-то чудом ухитрившегося прорваться через заслон ректора. – За брата радовался, хотел, чтобы все веселились. Вот и шутканул чуток. Гм. Наказывайте, мастер, воля ваша! Сколько мне лестниц или плит мыть?
– Лестницы и плиты – это само собой, – отозвался Гад. – До конца семестра я тебе фронт работ обеспечу, чтобы было куда неуемную энергию и фантазию прикладывать.
– Мастер Быстрый Ветер, думаю, порадуется, коли ты выразишь желание написать курсовую работу по расе драконов, в которой особое внимание уделишь особенностям их взросления и оборота, – мстительно добавила Шаортан, покручивая в руке косу так, словно собиралась использовать ее в качестве ремня для филеев Авзугара.
Тот только понуро гугукнул, принимая справедливое наказание, и был отослан прочь.
– Как Машьелис, мастер-лекарь? – озабоченно уточнила ректор у Лесариуса.
– На удивление благополучно.
Первый несвоевременный оборот в чужом мире без присмотра старших перенес замечательно. Словно рядом близкий родич оказался, чтобы послужить якорем для сознания и сохранности рассудка. Даже охранный контур рефлекторно выставил! Может, присутствие напарников так подействовало? Только энергии родного мира и времени на адаптацию каналов силы под новый облик это не заменит. Сильно паренек потратился, потому теперь спит.
Пока лекарь говорил, Лис умудрился повернуться на бок и подложить ладонь под щеку.
Янкины колени он продолжал использовать вместо подушки. Когда парень вертелся, спрятанная в траве рука его выпросталась из-под плаща, и стал заметен браслет-дракон.
– Ой нет, похоже, не только в напарниках дело. – Цепкий взгляд Лесариуса метнулся от руки Машьелиса к руке девушки, той самой, которая продолжала поглаживать его по волосам. – Вот и причина – связь через браслеты послужила якорем, сохранившим сознание юноши и облегчившим его превращение. Поспит пару-тройку дней и как новенький будет.
Если Яна с ним до вечера в лечебнице посидит, то и раньше оклемается.
– Конечно, посижу! – с жаром откликнулась девушка и, поерзав, просительно протянула: – Только, пожалуйста, никому про браслеты не говорите. Мы их не насовсем надели, понарошку, кое-что проверить хотели.
– Не скажу, – согласился Гад, только сейчас уяснивший, для чего это «любимому студенту» срочно понадобился пропуск в город. – Ваша судьба касается только вас, ваших богов и Сил.