Давайте условимся: если сможешь тренироваться всю цикладу по полчаса в день или больше, лист оставишь себе для занятий. Нет – вернешь.
– Спасибо, – поблагодарила девушка. – А я его точно не испорчу нечаянно?
– Точно. Нечаянно ни лист Игиды со знаком, ни пустой лист испортить, так же как и сломать, невозможно, – успокоила Таату преподавательница и, указав пальцем на Яну, предложила: – Если желаешь, тоже можешь взять лист.
– Почему это ей можно, а мне нет? – взвилась буквально на пустом месте Ириаль, оскалив клыки.
– Потому что таково решение мастера, проанализировавшего ваши способности, – с вежливой улыбочкой, наполненной холодком, объяснила Тайса. – Желаете поспорить, студентка?
– Нет, – буркнула эльфо-вампирша, хотя скорее вампирша, чем эльфа, и подарила землянке на удивление злобный взгляд."
"Вообще-то до этого мига Янка соображала, как бы ей повежливее отказаться от права на дополнительные занятия во внеурочное время.
Ну не любила она напрягаться больше минимально необходимого! Вот только портить отношения со своеобразным педагогом не хотелось. А возмущение Ириаль сыграло роль катализатора. Яна из принципа убрала тренажер в сумку и поблагодарила учительницу. Звон колокола возвестил о завершении занятия.
Глава 9
Знаки Игиды и тайна Декана
Шумным табором студенты спускались по лестнице на второй этаж.
Его занимали помещения для изучения знаков. Здесь располагались лектории, лабораторные и кабинеты для семинаров. Яна успела вчера мельком услыхать от соседки, что декан ведет свой предмет у всех курсов всех факультетов, только на лабораторных ему помогают студенты-старшекурсники и аспиранты. Как же насыщенно, наверное, у него учебное расписание! Может, потому Гад такой худой и варенье любит? В варенье витамины и сахар, а сахар – источник глюкозы – самого важного продукта для головы.
От размышлений Донскую отвлек смешок Лиса. Тот пихнул напарницу локтем и показал подбородком на сирена. Цицелир плыл вниз причудливо-вихляющей походкой, чем-то напоминающей манекенщиц на подиуме. У синеволосого красавца странно дергались бедра, словно он не шел, а пытался танцевать, причем нечто в высшей степени неприличное.
