Припоздавший и еще мокрый (точно из душа вылез) Авзугар споро сграбастал за шиворот кого-то относительно сведущего и уточнил причину сбора. Оборотень-то и счел своим долгом просветить Юнину о беде, приключившейся с напарницей. Эльфийка прибежала одной из последних, с книгами в охапке. Вероятно, спешила из библиотеки.
– Вечер, студенты… ясным и мирным я его не назову, – обратился декан к своему факультету, встав у боковой стены так, чтобы видеть всех собравшихся. – Многие из вас уже знают, для несведущих поясню: я собрал вас из-за неприятного происшествия в общежитии.
Совсем недавно серьезно травмировала ногу студентка-первокурсница. Она наступила на коврик у двери, политый йиражжи. Теперь мне хотелось бы, чтобы те, кто виновен в этом, признали свою вину. Я жду!
Жужжание голосов, сопровождавшее объявление декана, стихло. В зале повисла звенящая тишина. Слышно было, как кто-то кашлянул, да пяток особо впечатлительных особ бурно вздохнули.
– Что ж, добровольно признаваться никто не намерен.
Жаль, – проронил декан. Он и в самом деле выглядел разочарованным и хмурым. Скрестив руки на груди, Гад снова втянул воздух своим замечательным носом, повернулся на шестьдесят градусов и проронил:
– Шейра Шемахо, Ивиана Листовица, Гардем Яргул – ко мне.
К декану стали пробираться трое четверокурсников, из которых Яна узнала двоих – ту самую сине-зеленую дриаду, которая приставала к Стефалю в столовой, и ядовито-розовую скандалистку, затевавшую вчера склоку у скамейки. Парень оказался незнакомым.
Вид у всех троих был странный. Парень стоял как пыльным мешком ударенный, Шейра и Ивиана пытались казаться невозмутимыми, но, очевидно, нервничали. Глазки у девушек бегали, упрямо не желая встречаться взглядом с деканом.
– Зачем вы это сделали? – спросил Гад.
– Что? Мы ничего не делали! Вы о чем, господин декан! Мастер Гад, это не мы! – посыпались реплики со стороны троицы.
– Не стоит, – пресек поток оправданий декан одним словом, сказанным таким тоном, что вся троица поперхнулась воздухом.
– Я знаю, что это вы. И чтобы определить характер наказания, хотел бы услышать – зачем. Да и остальным студентам не лишним было бы знать, чем заслужила возможность посетить лекарский корпус первокурсница Ириаль, – мрачно приказал декан.
– Я не виновен, господин декан, могу принести клятву крови, – выдохнул Яргул, как-то странно вывернув руки запястьями вверх, поднеся их к лицу и обнажив острые клыки.
– Ложь, – спокойно парировал Гад.
