Живот еще раз взбурлил, и Янка призналась: – Каши хочу, помираю!
– Столовая через полчаса откроется, как раз успеем собраться, – сочувственно улыбнулась Иоле. – Пока можно чаю согреть. Хочешь?
– Я есть хочу, а не пить. Варенье и чай не помогут, надо будет вкусняшек каких-нибудь для НЗ с собой прихватить. Печенек лучше всего. Пошли в столовку. Если вовремя не откроются, я дверь сгрызу, – мрачно пообещала Янка, расправила покрывало на кровати и поплелась в ванную.
Флегматичная и не особо торопливая Яна Ивановна Донская все-таки умела действовать быстро в нескольких случаях.
Во-первых, если несправедливо обижали кого-то, кого она считала своим и нуждающимся в защите, во-вторых, если очень хотела есть. Потому у дверей столовой Яна с Иоле оказались раньше своих приятелей и, пожалуй, раньше большинства студентов академии. Мало находилось охотников немедленно нестись на завтрак в павильон по утреннему осеннему прохладному воздуху, лучше уж лишние полчасика проваландаться. Многие вообще, как рассказала ифринг, прихватывали какую-нибудь сдобу на ужине и утром перекусывали прямо в общежитии, предпочитая лишний час в кровати полноценному завтраку.
Сама Латте клевала, как птичка, потому и не сообразила сделать в комнате запасы, способные спасти оголодавшую соседку.
Любимый столик девушек, как и практически вся столовая в целом, был свободен, у раздачи с неизменными башнями из кастрюль, судков и тарелок орудовал столь же неизменный осьминог, то есть силаторх. Позевывающий народец неторопливо выбирал еду.
Парочка самых голодных однокурсников (Авзугар и Еремил) вяло махнула Янке руками. Девушка махнула в ответ, не отвлекаясь от дела. Она трижды обошла по кругу стойку, изучая ассортимент, принюхиваясь и все более печалясь. Овсянки не было! Молочных каш не было вообще!
– Чего-то хотела? – соизволил заметить расстройство девушки осьминог.
– Каши овсяной на молоке, – поведала о своем горе девушка.
– Каши молочные редко готовим. Не едят их студенты.
А из овса-то и подавно, – отрезал силаторх.
– Спасибо, – окончательно взгрустнула Янка и потянулась к пышному омлету с ветчиной и фиолетовыми помидорками.
– Как овес-то запаривают, целиком или измельченный? – сварливо уточнил осьминог, пояснив: – Возьму чуток на конюшне, завтра приходи."
"– Измельченный, немного соли и сахара добавляют. Спасибо большое! – просияла девушка и, дотянувшись, от всей широкой русской души чмокнула силаторха в макушку.
