Однако весь опыт говорит, что ошибки нет: Нину вычислили или выявили раньше и придерживали, выжидая удобного момента для проведения операции против подполья.
C другой стороны, подобный ход грубоват для Бергера, слишком прямолинеен и незатейлив. Считает всех глупее себя? Или просто торопится, подгоняемый начальством из Берлина? А может быть, он таким образом предлагает разведчикам противника сделку — бери, что дают, и проваливай, пока я не передумал и не прихлопнул тут тебя, как букашку? Неси своим полученную информацию и будь счастлив, оставшись в живых, все-таки жизнь дороже всего…
Попробовать пойти у него на поводу, вернее, сделать вид, что пошел, согласился, поверил и вступил на тропочку, протоптанную фон Бютцовым и его учителем, оберфюрером Отто Бергером, а под прикрытием этого вести свои дела? Но надолго ли хватит у них терпения? И выдержит ли Нина, не запаникует ли, не испугается — такие вещи не под силу многим мужчинам, имеющим большой опыт нелегальной работы, а тут неподготовленная девушка.
Опять же, не исключена и ошибка.
Голова расколется!"
"— Есть подозрение, что Анна провокатор, — тихо сказал Антон и заметил, как после его слов дрогнули плечи Нины. — Не пугайтесь, пока ничего страшного, они просто прощупывают и до тех пор, пока не отдадут копирку и не убедятся, что она передана по назначению, решительных мер предпринимать не будут. Встречи с товарищами прекратить, с Ярославом тоже, меня не искать. Когда получите от Анны передачу, дадите условный знак срочной встречи. Я приду и заберу вас с собой.
Будьте готовы заранее. При свидании с Анной держитесь дружелюбно, не выказывайте отчуждения или подозрительности. Сможете? Если нет, то придется уходить сейчас.
— Я смогу, — чуть слышно прошептала она. — Но откуда вы знаете?
— Просто не доверяю, вполне могу и ошибиться, — успокаивая ее, сказал Антон. — Но все равно, делаем, как договорились. Всего доброго. Жду сигнала.
Смешавшись с выходившими из костела прихожанами, он выбрался на улицу. Свернув за угол, направился в сторону от центра, выискивая малолюдные улочки и часто сворачивая в проходные дворы.
Слежки за ним немцы не вели.
Ошибся в своих умопостроениях? Дал бы Бог, как говаривала мать…
Барбара ждала его на кухне. Поставив перед Волковым стакан морковного чая, она сказала:
— Приходил ваш конфидент.
— Кого вы имеете в виду? — улыбнулся Антон.
— Пана Осипа, — не приняла улыбки хозяйка. — Просил передать, что доктор есть и готов помочь.
— Прекрасно. Где и как его найти?
— На Садовой.
