Самое страшное, Паша, что ответ они могут дать самый что ни на есть правдивый. А у нас ему не поверят!
— Думаешь, сыграют от обратного? — приподнявшись на локте и вглядываясь в темноту, туда, где лежал Волков, встревоженно спросил Семенов.
— Они нас тоже неплохо изучили. Будем надеяться, что сегодня тебя приняли за партизана или подпольщика. Но почему около этой явки, даже давно сгоревшей, оставлен пост немецкого наблюдения? Сапожник мог там сидеть не один, рядом могли гулять наружники, специально выделенные для выявления незнакомых людей, проявляющих интерес к пожарищу.
Почему Бергер и Бютцов не жалеют на это сил? Почему и как, если Слобода ими не завербован, они узнали весь его маршрут и уничтожили свидетелей?
— Торопишься, — откинулся на тощую подушку Павел Романович. — Пока неизвестно, как с другими населенными пунктами. Ермаков не дал ответа, а здесь шуровали каратели.
— Погоди, даст, — невесело ответил Антон. — Худо дело, если они нас обоих уже засекли.
Тогда мне надо тянуть их за собой, делать вид, что пошел на поводу и сам лезу в их западню.
— Опасно!
— Не очень. Им надо впихнуть нам свое, поэтому, думаю, выпустят из города, если убедятся, что заглотил их наживку и потащил ее за линию фронта. А ты тем временем, оставаясь в тени, станешь скрупулезно все и вся проверять. Живым, в случае чего, я все одно не дамся.
— Не дело, — отрезал Семенов. — Часть твоего плана годится, но не весь целиком.
Подумаем еще, чтобы свести риск к минимуму.
Волков не ответил. Закинув руки за голову, он прислушивался к шуму деревьев за окнами домика, спрятавшегося в трущобах Таракановки.
Надо попытаться понять ход мыслей Бергера и фон Бютцова еще до побега Слободы — начали они операцию загодя или разработали ее уже потом, от собственной безысходности, когда смертник ушел из их рук? От этого сейчас многое зависит: поймешь, разгадаешь или нет?! Надо ломать голову и думать, думать, искать слабое звено в их замысле и бить по нему, неожиданно для врага, так, чтобы он ничего не успел предпринять, пребывая в полной уверенности собственной неуязвимости и изворотливости.
Вот только где оно, это слабое звено?
Осип Герасимович щупает подходы к замку, парикмахерша Нина должна в самое ближайшее время устроить встречу со словаком — в отношении него направлен запрос в Москву, но пока не дали ответа.
