Особенно хороша, как помнится, была танцовщица из людного гамбургского кабаре — Ингрид. Как у нее выходила нога из платья — обутая в изящную туфельку на каблучке, стройная, туго обтянутая тонким шелковым чулком…
Здесь тоже есть с кем провести ночь — в госпитале работают немецкие медсестры, а изредка удается вырваться в большой город, но все не то. Если бы он никогда не знал Ксении!
Вернувшись к столу, Конрад аккуратно сложил и убрал письмо отца. Надо написать, чтобы он присылал фото претенденток — с женихами, тем более с хорошими партиями, сейчас в рейхе не очень, можно выбрать подходящее по финансовому положению и по внешним данным: не век же куковать бобылем, как любят говорить русские.
Заурчал стоявший на столе телефон. Сняв трубку и назвавшись, Конрад услышал голос Бергера.
— Зайдите ко мне. Немедленно, — и короткие гудки отбоя.
Что там еще приключилось? После обеда оберфюрер велел его не беспокоить, намереваясь поработать с бумагами, и вдруг приглашает!
Выключив приемник, Бютцов запер сейф и вышел.
В коридоре ему попался Клюге, независимой походкой отправившийся к себе. Поприветствовав штурмбанфюрера, он вежливо уступил ему дорогу. Неожиданно обернувшись, Конрад поймал на себе испытующий взгляд личного телохранителя оберфюрера. Хотел спросить его, почему тот рассматривает спину начальства, но Клюге успел отвернуться и нырнул в дверь своей комнаты, предупредительно открытую Канихеном.
Сейчас, наверное, по своему обыкновению, они откупорят бутылку и сядут играть в скат.
Бергер был в кабинете один. Жестом указав Конраду на кресло, он завел патефон и опустил на пластинку иглу. «Рунг шпильт ди гайзе, их танц мит дир унц швайге», — затянула певичка, сразу напомнив танцовщицу из кабаре Ингрид — легкую, изящную, с многообещающими и не обманывающими в своих обещаниях глазами. Зачем Бергеру музыка? Не хочет, чтобы их, даже случайно, могли подслушать? Но кто? Установку в замке спецтехники курировал сам фон Бютцов, и здесь ее нет!
— Клюге сегодня ездил в город, — садясь напротив Бютцова в кресло и раскуривая сигару, интригующе сообщил оберфюрер.
— Слушаю, — подобрался Бютцов.
— В Немеже твой давний знакомый Владимир Тараканов, — бросив в хрустальную пепельницу обгорелую спичку, обыденно сказал Бергер.
