И тут двери неожиданно распахнулись, и Волков с удивлением увидел встревоженную мать, которая, похоже, и не собиралась ложиться.
— Почему не спишь? — проходя в прихожую, спросил Антон.
— Антоша, красноармеец приходил, тебя срочно вызывают, — мать прислонилась спиной к двери. Губы ее задрожали, лицо сморщилось от едва сдерживаемых, готовых пролиться слез.
— Давно? — он быстро прошел в комнату, распахнул дверцы платяного шкафа и достал форму.
— Минут десять как ушел, говорил, срочно, — повторила мать, стоя на пороге комнаты.
— Опять надолго, сынок?
— Не знаю, мама, не знаю, — натягивая сапоги, ответил он. — Согрей мне, пожалуйста, воды быстренько, побриться надо.
— Сынок, а это не война? — держась одной рукой за сердце, а другой за косяк двери, тревожно спросила мать.
— Не знаю! — Волков встал, притопнул, наклонился и подтянул голенища сапог. — Вовка вернется, скажи, чтобы никуда не уходил, обязательно меня дождался. Я приеду или позвоню.
В ванной, торопливо соскребая перед зеркалом со щек щетину, Антон вдруг заметил, как мелкой предательской дрожью подрагивают пальцы, держащие бритву.
С чего бы это? И почему он решил надеть форму, как-то сразу подумал о ней, хотя постоянно ходил на службу в штатском?"
"Что могло случиться за время его отсутствия? Ведь его отпустили до десяти утра. Когда уходил, все было как обычно, и вдруг неожиданный вызов, причем даже не по телефону, а с нарочным.
Наскоро обтерев остатки мыльной пены полотенцем, он плеснул в лицо одеколоном, оделся и, обняв на прощание маму, вышел, на ходу надевая фуражку со звездочкой.
Подходя к станции метро, Антон бросил взгляд на часы — шесть утра воскресного дня 22 июня 1941 года…
Глава 3
В четвертом часу утра 22 июня вражеская артиллерия начала сильный обстрел войск, расположенных в приграничной зоне. Одновременно линию государственной границы Союза ССР пересекли немецкие группы разграждения и отряды по захвату переправ и уничтожению пограничных постов. Немецкая авиация перелетела границу и сбросила бомбы на воинские гарнизоны, аэродромы, железнодорожные узлы, мосты и другие объекты.
Бомбовые удары обрушились на Гродно, Белосток, Волковыск, Барановичи, Бобруйск, Минск…
Внезапные удары вражеских бомбардировщиков причинили большой урон советской авиации, особенно истребительной. В течение 22 июня на аэродромах было уничтожено 528 и в воздухе 210 самолетов…
Из журнала оперативных записей
главного управления пограничных войск
НКВД СССР:
22 июня 1941 года
4 часа 15 минут.
