Чувствую себя подонком, вспоминая, как обвинял её в меркантильности. Теперь же долго ни одного подарка из рук не возьмет. Эх…
Створки открываются и я шагаю навстречу мужчине в дорогом костюме.
Я раньше тоже такие носил, сейчас временно позволяю себе немного отдохнуть в водолазках и джинсах.
— Приветствую, Игорь.
Вадим точно так же безошибочно определяет меня. Жмем друг другу руки. Прохожу в указанном направлении.
От кофе отказываюсь, а вот чай — с удовольствием.
Вадим расстегивает пиджак и садится на кресло за столом.
Я — со стороны посетителя. На самом деле, тем для беседы с юристом у меня много. Часть из них я отправил Вадиму письмом для подготовки. Судя по азарту во взгляде — он готов.
— Я слышал о вас много хорошего, Вадим…
— А если мои контакты Молотов дал бы вам пять лет назад — может и сами рассказывали бы обо мне хорошее.
В ответ на шутку Вадима я улыбаюсь.
К сожалению, пять лет назад мы с Молотовым были еще не знакомы. Свела нас тюрьма. И жажда выйти оттуда живыми.
Да и я сомневаюсь, что качественная юридическая помощь могла бы спасти меня в тот момент.
На меня был сделан заказ. Я отказался впустить в свой бизнес человека от одного зажравшегося высокопоставленного чинуши. За это и поплатился. Того бизнеса больше нет. Но и обидчиков своих я не забыл. Отомщу.
— Я непременно буду рассказывать о вас хорошее, когда вы поможете мне решить несколько проблем.
— Ну что ж, давайте решать ваши проблемы…
Вадим откидывается на спинке кресла и слегка покачивается. Я проезжаюсь взглядом по его кабинету.
На стене висит большой портрет. Явно семейный. На нем сам Вадим, судя по всему его жена, двое детей, две породистые собаки и какой-то странный метис. Специфическое животное, конечно. Явно плод какой-то незапланированной собачьей любви.
Но он и определяет, с чего мы начнем разговор.
— У меня для вас задачка со звездочкой, Вадим.
Я возвращаюсь к лицу собеседника. Брови адвоката ползут вверх.
— Мне надо понимать, как легализировать животное.
— Какое животное? — Он хмурится.
Я понимаю, почему. В предварительном перечне вопросов этого нет.
— Окапи. Карликовый жираф.
Вадим перестает качаться. Смотрит на меня внимательно. Видимо проверяет, не шучу ли я. Но я не шучу.
Мужчина тянется к телефону. Скорее всего вводит в поиске «окапи». Листает ленту. Чуть-чуть читает.
— Простите, Игорь, но, боюсь, окапи вам не светит. Редкие реликтовые виды подлежат защите и учету. Вы не сможете его ни купить, ни ввести, не содержать.
