Потому что весь день обзванивала агентства, чтобы найти няню хотя бы на вечер. Мы успели попасть в «черный список» в половине приличных агентств города. Потому что у моего сына взрывной характер и он ненавидит оставаться с чужими людьми.
— Прошу вас, пройдите за мной, — администратор разворачивается и ведет нас по длинному коридору.
— Так что там с инвестором? — негромко шепчу я, так и не дождавшись от Виты продолжения рассказа.
— Мужик нереально крут. Красивый, богатый, опасный. Все, как я люблю! И фамилия у него такая красивая — Се-реб-рян-ский! — произносит по слогам Вита, чуть ли не визжа от восторга.
А у меня внутри что-то обрывается на упоминании этой фамилии. Хотя почему «что-то»? Обрывается мое жестоко вырванное однажды сердце.
Я холодею. Дышать становится тяжело.
— Серебрянский? Не Игорь случайно? — спрашиваю и сразу же жалею об этом. Я даже мысленно запрещаю себе вспоминать о бывшем муже, а тут его имя вслух произнесла.
Да нет, глупости какие, что могло заставить Игоря инвестировать в архитектурное бюро? Да еще и в то, в котором я работаю.
— Игорь, — подтверждает Вита. — Серебрянский Игорь Николаевич. Знакомы что ли? — сотрудница поглядывает на меня с интересом.
— Да нет, — выдавливаю из себя слова, стараюсь, чтобы голос звучал беззаботно, — просто слышала о нем. Он ведь, кажется, разработкой компьютерных игр занимался. Поэтому удивилась.
— Не знала о таком. И в интернете об этом ни слова. Он вообще такая личность загадочная, почти ничего нет на него в сети.
Но так же не бывает, правда? Если человек богат и влиятелен, то хотя бы страниц пять информации о нем должно найтись…
Вита еще что-то говорит, но ее слова превращаются в шумовой фон для меня. Причем я разбираю их всё хуже и хуже. А сама погружаюсь в пучину эмоций, которые запретила себе испытывать.
Мое сердце выстукивает безумный ритм от осознания того, что мы с Серебрянским находимся в одном здании. И всего через несколько минут можем встретиться лицом к лицу. С мужчиной, который жестоко предал мою любовь.
Два удара в секунду.
Оттолкнул меня, обвинил в измене и приказал пропасть из его жизни.
Нет, уже три.
А потом я увидела истинную причину «похолодания» его чувств.
Черт, уже четыре… Я умираю. Меня накрывают почти те же чувства, что и в день, когда я узнала о его предательстве.
Прижимаю руку к груди и всерьез думаю, стоит ли звонить в скорую? Кажется, у меня приступ тахикардии. А еще я готова сбежать отсюда прямо сейчас.
