— А вон там рыба-луна, смотри, — Игорь указывает на причудливую рыбу, которая в несколько раз больше Тимура.
Я смотрю на этих двоих и не могу сдержать улыбку. Разве не так когда-то давно я представляла себе в мечтах наше будущее?
Делаю шаг вперед, равняюсь с Серебрянским, который смотрит не на аквариум и акул, которые так близко к нам находятся, а от сына глаз не отрывает.
— Я слышала, что эти рыбы очень требовательны к качеству воды и температурному режиму.
За несколько последних недель я успела многое узнать об условиях обитания разных рыб.
— Интересно, где это ты слышала?
Игорь вскидывает бровь, а я в ответ фыркаю и лукаво улыбаюсь. Вот ведь ревнивец!
Конечно, он намекает на мою несостоявшуюся интрижку с Франческо. Я по-прежнему надеюсь, он хотя бы физического вреда ему не нанес.
— К сожалению, некоторые источники информации об океанических биовидах теперь для меня недоступны, поэтому обхожусь научными статьями.
— Ну и правильно. Всегда бы ими обходилась… — Игорь бурчит, но вызывает во мне не всплеск злости, а умиление.
Еле сдерживаюсь от того, чтобы потянуться и поцеловать. Кажется, он тоже. Прокашлявшись, возвращается от двузначностей к познавательным фактам:
— Да, в мире очень мало аквариумов, где она могла бы прижиться. Это доказывает с какой ответственностью и профессионализмом здесь подошли ко всему.
Киваю и делаю несколько фото на память.
— Пойдемте смотреть на медуз, — предлагает Игорь, заметив моих коллег, и Тимур отлипает от аквариума, берет меня за руку и мы спускаемся в полутемный зал.
— Какая красота, — я радуюсь, словно маленький ребенок. Даже не знаю кто больше в восторге от этой поездки — я или мой сын.
В зале почти нет освещения, а в аквариумах плавают светящиеся рыбки и медузы. Из колонок льется негромкий звук текущей воды. Атмосфера здесь сравнима с каким-то волшебством.
— Кажется, я могла бы простоять здесь целую вечность. Даже не верится, что такое существует в мире.
— Нравится? — рука Игоря ложится мне на поясницу и по всему телу проходят мурашки.
То ли от прохлады в зале, то ли от его прикосновения.
— Очень, — губы растягиваются в улыбке. Краем глаза слежу за сыном, который заинтересовался медузой в соседнем аквариуме. — Даже не верится, что через несколько лет по нашему проекту построят нечто подобное. Почему вообще океанариум? Не помню, чтобы ты сильно интересовался рыбами или животными, — снова на Игоря смотрю.
