"
"Кроме всего прочего, мне кажется, за свое безделье я заплачу парой лишних килограмм, но ничего. Серебрянский там что-то бубнил, что я слишком худая. Если ему не тяжело меня таскать на руках — можно наедаться.
На следующее утро после травмы я проснулась из-за того, что рядом со мной устроилась печка. Дернулась, чтобы лечь подальше, но ногу прострелило. Застонала. Разбудила ту самую печку.
Игорь подорвался, как будто и не спал. Перепугался сам. Сбил ночник. Разбудил Тима.
В общем…
Утро было веселым.
Дальнейшие наши дни — тоже. Но сейчас, в целом, мы уже приспособились жить почти как семья.
Тимур, мне кажется, доволен тем, что Игоря в его жизни стало значительно больше. А еще, что я всё время дома. Серебрянский, конечно, устает, я уверена — из-за нас с сыном ему приходится вертеться, чтобы всё успевать, но и недовольным его не назовешь.
Я… Я очень хочу расслабиться.
И речь не о возможности навернуть мороженого посреди рабочего дня.
Бывший муж много трогает меня, носит на руках даже чаще, чем в этом есть необходимость.
Приручает заново, как делал когда-то еще в мою молодость. Не переходит грань, но подводит к ней мастерски. А я сопротивляюсь и возмущаюсь с каждым разом все менее уверенно.
Отвлекаюсь от незамысловатого сериала, на который умудрилась подсесть, на вспыхнувший экран мобильного.
Сообщение от Игоря.
Отставляю мороженое и беру телефон в руки.
«Как ты?»
Прочитав, перевожу взгляд на ногу, которую я по привычке устроила на кресле. Перебираю пальцами, слегка кручу в голеностопе…
Да нормально, на самом деле.
Но пишу: «Немного ноет. Спасибо, что спросил»
Игорь читает моментально и снова печатает.
«Лежишь?»
«Ага»
«Я приеду через час»
«Хорошо»
Отправляю и думаю, что нужно вовремя вернуться в спальню. А еще желательно спрятать следы моего маленького преступления.
Чувствую я себя, конечно, врушкой, но кто на моем месте не дал бы слабину? Не насладился предоставленной возможностью?
Снова увлекаюсь сериалом. Ведерко постепенно пустеет.
Когда мне пишут по работе — всех футболю. Даже не знаю, откуда во мне такой пофигизм, но я вдруг решила, что жизнь у меня одна. И я у жизни тоже одна. Себя нужно беречь. Организм поставил меня на вынужденный стоп — я подчиняюсь.
Выев треть ведерка пломбира, решаю, что пора закругляться. Слегка скривившись, снимаю ногу с дивана и скорее по привычке, чем от остаточной боли, прихрамываю в сторону кухни. Прячу сладость. Дальше — к мойке.
