После лекций была физическая подготовка. Для начала нас оценили, кто на что способен, заставив пробежаться три километра, после чего загнав на полосу препятствий. Наученный сержантом, я выделываться не стал, прошёл плюс-минус как все. Тренер, или как он тут называется, физрук, в общем, остался подготовкой взвода недоволен. Разумеется! Если б он был доволен сейчас, чем бы он потом два месяца занимался? В баскетбол бы с нами играл? Если из его речи выбросить мат, то получалось, что мы никак не люди, мы беременные улитки.
Я только посмеивался, Майя, кажется, тоже.
Так потихоньку и прошёл первый день. Ещё за обедом познакомились с нашим командиром отделения. Моряк оказался, нормальный мужик. Его корабль попал под выброс аномалии, аккурат пополам корпус перерезало. Половина экипажа просто исчезла вместе с отрезанной частью, вторую половину сожрали похожие на крокодилов твари. Ему повезло выжить, и вот теперь он жаждет мести.
Кажется, что-то подобное здесь мог рассказать каждый второй, если не первый.
И только я хотел домой.
Вечером, уже после отбоя, Майя отправилась в душевую. Туда, в офицерскую уборную. Так она мне шепнула. Мол, заранее договорилась, чтобы днём никому там не мешать, и просто спокойно под душем отмокнуть. Дневальный её пропустил без лишних вопросов, а сам куда-то отлучился. Я услышал щелчок электрочайника, и вскоре зашумела закипающая вода. Нарушает, конечно, но не сильно.
За день я устал, как собака, так что глаза сами собой закрывались. И, наверное, закрылись бы, но тут я увидел, как в тусклом освещении три тени бесшумно прокрались мимо поста дневального дальше по коридору.
Вздохнув, я слез с кровати. Не обуваясь, пошёл следом. Может, конечно, парням покурить захотелось. Но вот только курилка была в другом конце казармы.
Глава 9
Первая ночь
Ещё утром, переодеваясь в сержантской уборной, Майя осознала одну вещь. Здесь у неё нет абсолютно ничего своего, простого и привычного. Не то чтобы девушка была избалована уютом, но некоторый минимальный набор средств по уходу у неё всё же имелся.
А здесь…
Уборная, если это громкое аристократическое название подходило этой комнате, состояла из единственного помещения шириной пару метров и метра четыре в глубину. На полу — мелкая кафельная плитка грязно-коричневого цвета, со следами сошедшей от высокой влажности краски. Сразу возле входа с одной стороны унитаз, с другой раковина и стиральная машинка, дальше, ближе к закрашенному белой краской окну, отгороженная кирпичной стенкой душевая.
